Сжав зубы, я забыл о синей полоске маны и с головой нырнул в ту огненную гиену, что создавали мои заклинания!!!

Раскалённый ветер ударил в лицо легата, отбросив рыжие волосы назад. За долгие годы на службе у империи она прошла через множество битв, но эта точно отличалась от остальных.

Женщина сурово смотрела с высоты стен бастиона на то, как остатки её роты добивают разъярённые данмеры, а синекожая орда гуманоидов просто заполняет собой прибывший корабль.

Рикке прекрасно понимала, что теперь эти жители заклеймили себя предателями и изменниками, но почему-то её сердце радостно стучало от увиденного. Для неё настоящим чудом было смотреть, как бунтовщики свергли с себя пяту империи, и огнём и мечом отстояли своё право на жизнь без угнетателей. Радовалась, потому что когда пришло её время выбирать, она встала на другую сторону.

— Похоже история платит нам свой должок! — сказала она сухим голосом, когда очередной огненный взрыв превратил в обгорелую головню последнего из магов синода.

— О чём вы легат?! — в страхе спросил стоявший рядом префект.

— В своё время люди империи свергли правление Диренни! Сиродил — страна бывших рабов, солдат, и кто знает, может сейчас мы увидели рождение новой империи?! — она спокойно вскинула бровь.

— Легат!!! — зубы молодого парня задрожали от страха, когда он увидел, как неизвестный данмер стал буквально выжигать себе дорогу среди его сослуживцев. — Какие приказы?

— Приказы, приказы, постоянно одни приказы! — она подошла к краю бастиона и облокотившись руками устало посмотрела вниз. «Интересно, когда мы бились с братьями бури, то они так же выполняли приказ? Или всё таки шли на войну потому что так было нужно и правильно?» — оранжевое зарево от магического огня осветило её лицо. Глубокие, не по годам морщины, говорили о большом количестве тяжёлых решений, что она принимала всю свою жизнь. Они стали непроницаемой маской, за которой она скрывала ото всех свои истинные желания, свою веру. Рикке скрывалась даже сама от себя, приняв роль послушного солдата, для которого выполнение приказа начальства стоит гораздо выше, чем способы его выполнения.

— Отступаем в форт. — спокойно произнесла легат.

— Но там же наши солдаты! Неужели мы не пошлём за подкреплением? Они же уйдут на нашем корабле! Я думаю нам стоит добить их здесь.

Рикке сурово посмотрела на юнца:

— Думать будешь, когда вырастешь! Ты сначала исполнять научись! Думал он… Отступаем! — крикнула она своей охране, отвернувшись в сторону от поля боя.

Легат стала спускаться по лестнице. Её личный отряд образовал безопасный коридор, ведущий прочь из бастиона. Полностью погрузившись в раздумья она перестала обращать внимания на крики битвы. Рикке прекрасно понимала, что у неё более чем достаточно сил подавить это восстание в зародыше. Она стала прокручивать в голове исходы такого сражения. Перед её опытными глазами мелькали картинки, как фаланги легионеров с длинными копьями дробят орду риклингов, а лучники из тыла осыпают их градом стрел. Да и старый Нелот, каким бы великим волшебником Телвани он не был, не сможет долго противостоять против двух десятков магов из синода. Оставался этот неизвестный данмер, который пришёл на подмогу. Рикке вспомнила его взгляд, от которого по её телу пробежали мурашки, такой знакомый взгляд…

«Где я уже его видела?!» — она поморщилась пытаясь вспомнить, но ничего не выходило. «Плевать, для меня это очередной бунтарь, но сейчас не время заниматься мелкими потасовками, мы собрали уже достаточно эбонита, чтобы отправить его в Сиродил, а это значит, что моя миссия на этом поганом островке закончилась и я снова могу вернуться домой!»

Я стоял на ступенях родовой гробницы весь залитый запекшейся кровью. В голове то светлело, то темнело, а тело начинало лихорадить от магического истощения. Передо мной были сотни трупов поверженных солдат. Я попытался закрыть слезившиеся глаза из-за дыма от жженых тел. Мерзкий запах гари заставил и так пустой желудок сжаться. Если бы я съел хоть что-то перед битвой, то сейчас обязательно стошнил бы себе под ноги.

Кто-то из легионеров ещё был жив, но беспощадные риклинги не отличались милосердием. Я оторвал взгляд от трупов. Стены домов на центральной площади Вороньей скалы были залиты кровью. Местами были следы копоти от разрядов молний и ударов огненных шаров. Кузница — единственное строение с соломенной крышей пылала, освещая весь тот кошмар, что остался после сражения.

Крики раненых перемешивались с рыданиями тёмных эльфов, что потеряли половину родичей.

— Айзед!

Я повернулся к позвавшему меня Нелоту.

Старый волшебник протянул мне огромный синий бутыль:

— Выпей, полегчает. — в отличии от остальных он старался сохранять хладнокровие и полное безразличие, но в его глазах была видна боль, что он испытывал при виде мертвых родичей.

— Что это?

— Идеальное зелье магии. Если не выпьешь, то гарантировано подхватишь разжижение мозга, а судя по его количеству у тебя, эта болезнь станет для тебя фатальной! — он приподнял брови домиком, давая понять что пошутил.

Я равнодушно выпил жижу, напоминавшую на вкус тягучий и приторно-кислый сироп. Поморщившись, я с удивлением обнаружил, что моя манна полностью восстановилась.

— Спасибо, — сухо произнёс я, выбросив пустую склянку.

— Мне жаль, что всё это произошло. Видимо боги и впрямь отвернулись от нашего народа [5] ! Подумать только, мы данмеры, раса, которой в лучшие годы правили живые боги, теперь вынуждены защищаться от людей простыми кирками и ржавыми мечами! Где же мы свернули не туда? — он грустно опустил голову.

— Живые боги?! — я попытался отвлечься от происходящего простой болтовнёй.

Нелот посмотрел на меня как на полного идиота и сказать по правде у блестяще образованного мага это выходило особенно хорошо, но его лицо слегка смягчилось, когда он вспомнил, что я потерял память: