Пёс гулко гавкнул – что же тут непонятного? – принюхался и резко рванул вперёд… вернее, почти на сто лет назад.

Даже страна была та же, Австрийская империя, только называлась она тогда Священной Римской Империей, поскольку ненасытные Габсбурги вознамерились подчинить себе всю Европу. Османы желали того же – налицо конфликт интересов. Почти полтора века назад турки уже осаждали австрийскую столицу. Теперь же, крепко засев на Балканах и заручившись поддержкой мятежных венгров, они снова нацелились на Вену. Готовясь к неизбежной войне, император Леопольд срочно наращивал численность своей армии. А жители многонационального государства даже не знали, чего им больше бояться – войны или чумы. «Чёрная смерть», бушевавшая в Европе пять лет назад, унесла около миллиона жизней. Теперь, по слухам, со стороны Турции катилась новая волна эпидемии…

Обо всём этом возбуждённо переговаривались посетители кабачка на окраине небольшого селения в центральной части Богемии. Ремесленники, крестьяне, мелкие торговцы облепили длинные, чёрные от времени и пролитого пива столы. Марк же сидел в гордом одиночестве. Только сам хозяин, краснолицый рыжебородый здоровяк, осмелился подойти к нему – остальных пугал грозный вид огромного пса, лежащего у ног незнакомца.

– У нашего герцога почти такие же пёсики, – сказал хозяин, ставя перед гостем кружку пива и деревянную тарелку с жареными колбасками. – Их ещё называют кабаньими собаками.

– Герцог любит охоту? – полюбопытствовал Марк.

– Больше всего на свете!

– Это хорошо. Поскольку я намерен устроиться к нему на службу. Егерем, например.

– Можешь попытаться, конечно, – рассудительно заметил здоровяк-кабатчик. – Но у его сиятельства достаточно егерей. К тому же Иржи недавно вернулся, а он наш лес знает как свои пять пальцев.

– Откуда вернулся?

– Так говорили, он в Баварию подался, чтобы в императорскую армию записаться. Однако вернулся, когда услышал о смерти старого лесника.

– А что так?

– Ну так Элишка, дочь старика – вроде как невеста Иржи. Вот девка обрадовалась, поди! А то ведь одна-одинёшенька осталась…

– А где бы мне найти этого Иржи? – осведомился Марк.

– А тебе зачем?

– Если здесь не удастся устроиться, быть может, тоже в армию запишусь. Хотелось бы разузнать, что там да как.

– Эх, не пойму я вас, служивых – какая вам выгода за Леопольда помирать? – покачал головой здоровяк. – Но моё дело маленькое: пиво варить да колбасы шпиговать… А Иржи найдёшь в доме Элишки, где ж ему ещё быть?

Подробно разъяснив иноземному гостю, как добраться до избушки лесника и получив за это двойную плату, хозяин поспешил к новым посетителям: день был воскресный, народу хоть отбавляй. А Марк скормил Рексу знаменитые чешские колбаски, и спустя четверть часа они уже шагали по наезженной лесной дороге. В густой листве пели птицы, скакали по веткам белки, разок пятнистая косуля перемахнула через тропу, только сверкнул в кустах белый зад.

Марк не любил путешествия в прошлое. Никто из трактирщиков не любил – слишком много горя. В истории человечества крайне редко выпадали периоды мирного созидания. Таких мест и эпох, где Марк с удовольствием гостил, было всего ничего: можно глянуть на Фра Филиппо за работой, послушать фугу Баха, не дошедшую до потомков, поболтать с Хайямом о радостях жизни…

Увы, по долгу службы приходилось отправляться на поиски пропавших постояльцев, как правило, в не самые благополучные места и времена. Чаще всего люди застревали в прошлом с перепугу: поддавшись панике, забывали дорогу назад. В таких случаях достаточно было просто разбудить потерявшегося: ведь в предыдущем воплощении пребывало лишь сознание клиента, а тело продолжало спать в уютной комнате трактира.

Однако изредка случались и такие казусы, как с бравым воякой Константином: человек самостоятельно отправлялся в путешествие по своему прошлому, осознанно или неосознанно воспользовавшись порталом проводников. Заранее разглядеть в постояльце задатки темпорального путешественника было практически невозможно, поэтому приходилось разыскивать его уже пост фактум. Для этого и держали собак вроде Рекса – темпоральных ищеек. Правда, иногда мало было найти пропавшего: некоторые из них наотрез отказывались возвращаться. В таких случаях приходилось звать на помощь курьеров; Михаил, старший сын Марка и Вероники, как раз и был проводником-курьером, большую часть времени проводил на заданиях и к родителям наведывался, в основном, по делам. Полина работала в Италии экспертом по Позднему Средневековью и Возрождению. Герман пока учился и не спешил покидать отчий дом, ну а младшенькая, Алиса, была ещё ребёнком, хотя и самостоятельным не по годам. Они и помогали родителям в работе с постояльцами.

На поиски Константина Марк отправился лично: нутром чуял, что гость грамотно затаился. Вот только бравый солдат не догадывался об особенностях рыжего хозяйского кота, увязавшегося за ним…

Именно его, своего кота, Марк и узрел первым, едва приблизившись к жилищу лесника – аккуратной рубленой избушке с крышей из тростника. Рыжий грелся на солнышке, разлёгшись на дощатом крыльце. Во дворе, в тени навеса, девушка в крестьянской одежде сосредоточенно чистила ножичком крепкие белые грузди. Элишка заметила чужака, лишь когда скрипнула калитка, и поспешно встала, вытирая руки о передник. Раз или два она тревожно оглянулась на своего мохнатого волкодава: тот, как ни странно, даже звука не издал, продолжал лежать у будки, не обращая на чужаков никакого внимания. Породистая собака гостя, впрочем, тоже никак не реагировала на местного сторожа – застыла как вкопанная у ноги хозяина. Только кот встал, потянулся и принялся вылизывать лапы.

– День добрый, пани, – Марк намеренно обратился к хозяйке как к замужней женщине, у которой есть защитник. – Я приятель Иржи. Мне сказали, что найду его здесь.

– Добрый день, пане… – девушка, однако, испугалась ещё больше. Милое веснушчатое личико побледнело, даже руки слегка дрожали, когда она торопливо поправляла светлые волосы, выбившиеся из-под белой косынки. – А-а… зачем вам Иржи? – теперь её пальцы теребили передник поверх короткой, до середины икры, двухслойной юбки. Элишка нервно переминалась с ноги на ногу, поскрипывая новенькими башмачками, с пряжкой да на каблучке, как у настоящей городской барышни – жених подарил, кто ж ещё.