– Наверх и налево, вторая дверь, – сказал Марк, кивая в сторону лестницы. – Отдыхайте. Душ в номере.

– Разбудите меня в семь… нет, в половине седьмого, ладно? Ух ты, а это что за зверь?

На нижнем столбике перил сидел рыжий кот. Соизволил-таки явиться, бродяга. И даже разрешил гостю себя погладить, мало того, громко заурчал, что в принципе с ним случалось редко.

– Уйду в отставку, заведу себе такого же, – проговорил Константин, почёсывая кота за ухом.

– А что сейчас мешает? – поинтересовался Марк.

– Так у меня пока что и дома нет: месяц там, два – сям…

– Могу одолжить нашего на пару часиков, если хотите.

– Хочу! – Константин потянулся к коту. – А ты хочешь?

Рыжий не колеблясь запрыгнул гостю на руки и дал себя унести.

Дождавшись, пока захлопнулась дверь наверху, Марк опустился в кресло, где только что сидел гость. Полтора часа пробегут быстро. А что дальше? Пока всё идёт гладко. Слишком гладко для столь непростого клиента…

В начале седьмого явилась Вероника, свежая и жизнерадостная, сварила кофе. Марк поведал жене о новом госте.

– Приготовлю-ка завтрак поплотнее, – сказала она, повязывая фартук и скручивая в узел длинные волосы.

– Давай. А я пойду разбужу нашего вояку, уже половина седьмого.

Однако гостя в комнате не оказалось. Марк осмотрелся: постель едва примята, куртка аккуратно висит на спинке стула, рядом стоят ботинки. В ванной тоже пусто, полотенца не тронуты. Пропал человек. Испарился. Сбежал босиком. Да ещё кота с собой прихватил! Хотя кот, пожалуй, мог и сам за ним увязаться…

– Так и знал, что с этим парнем будут проблемы, – сказал он жене, снова спустившись на кухню. – Придётся искать. А сколько времени это займёт, неизвестно. Управишься без нас? Рекса беру с собой, разумеется.

– Герман вот-вот вернётся, поможет, – успокоила мужа Вероника. – Иди, за нас не волнуйся.

Пёс вертелся вокруг хозяина в предвкушении долгой прогулки. Что прогулка будет долгой, Марк не сомневался. Невозможно предугадать, в которой из своих предыдущих жизней застрял Константин, а значит, придётся заглянуть в каждую, в обратном порядке. Он бегом поднялся на второй этаж, в комнату гостя.

– Ищи, Рекс!

***

Больше всего это смахивало на документальный фильм о крупнейших военных конфликтах двадцатого века, предельно объективный и безжалостно реалистичный фильм. Апрель 1985 года, Афганистан, провинция Кунар, рядовой в составе бригады спецназа; март 1965 года, Вьетнам, район Дананга, безусый лейтенант морской пехоты США; 1939 год, Испания, Арагон, подросток, затесавшийся в партизанский отряд после расстрела отца франкистами; февраль 1916-ого, Западный фронт, французский лётчик, сбитый в самом начале «Верденской мясорубки»… Каждый раз – ужасная, бессмысленная гибель. И каждый раз парню не больше двадцати. Он будто сам лез под пули…

– Похоже, наш добрый молодец совсем не дорожит жизнью, – проворчал Марк, глядя с вершины скалистого утёса на догорающую крепость Макдэлы, где только что покончил с собой эфиопский император Теодорос II, не пожелавший сдаться в плен британцам.

Рекс лежал рядом, устало опустив голову на вытянутые передние лапы. Он только что снова учуял след: среди двух десятков погибших солдат англо-индийских войск лежал и неугомонный Константин, или как там он звался в эпоху правления королевы Виктории. И снова они явились слишком поздно: каждый раз, когда они выходили на беглеца, тот был уже мёртв. Да, именно беглеца. Чутьё подсказывало Марку, что странный гость не случайно застрял где-то в собственных прошлых воплощениях: он намеренно вернулся туда.

– Он просто не хочет жить, вот и прёт, где погорячее, из столетия в столетие, – вслух рассуждал Марк, поглаживая пыльную спину пса. – Найдём причину этого нежелания – найдём и нашего неугомонного вояку. Имею в виду, живым… Ну что, передохнул, дружище? Тогда вперёд! То есть назад…

…Ландшафт почти не изменился: высокогорье, субтропики. Внизу по узкой долине бурной реки двигалась армия Симона Боливара. Он вернулся, чтобы вслед за Венесуэлой освободить от испанского господства всю Южную Америку. Среди отчаянных пастухов-льянерос, перешедших на сторону Боливара, был и тот, кого они искали. И снова он упорно двигался к смерти. А смерть была уже недалеко: за перевалом повстанцев поджидали части колониальных войск. Будет бой, Боливар прорвётся, но не без потерь…

– Хорошо хоть, в девятнадцатом веке он воплощался всего два раза, – заметил Марк, обращаясь к верному псу. Тот согласно кивнул массивной головой. – Что ж, на очереди восемнадцатый. Я тоже устал, дружище, но дело есть дело. Полагаю, наш драчун никак не мог пропустить Семилетнюю войну…

…Чутьё и в этот раз его не обмануло. Бесстрашный воитель нашёлся в штабе генерала Тотлебена. Молодой адъютант отличался отчаянной храбростью, лез во все стычки союзников с войсками Фридриха и погиб доблестно, своим телом прикрыв командира при взрыве пушечного ядра.

– Значит, причина кроется ещё глубже, – изрёк Марк, издалека наблюдая за торжественным погребением павших: трубы, флаги, аксельбанты, эполеты. – До сих пор наш герой ни разу не жил мирной жизнью крестьянина или торговца, учёного или хотя бы бездельника-аристократа. Такое впечатление, что он воплощается лишь для того, чтобы записаться в ближайшую армию, едва молоко на губах обсохнет, и тут же погибнуть. Но что-то же затянуло его в эту бесконечную бойню! Давай, Рекс, ищи… Стой! – он схватил за ошейник пса. – Вот я дурак, сразу не подумал! Надо искать не чокнутого храбреца, а нашего котяру! Понял, Рекс?