Такой поворот был неожиданным, и внутри у меня начало зреть нехорошее предчувствие.

– Но это ничего, – добавил сенсей таким беспечным тоном, что я решил, будто он издевается. Только что рукой не махнул. – Если вы захватываете ножны близко к краю, можно порезаться вот здесь: внутренняя сторона ладони между большим и средним пальцем. А если хват неправильный, то пальцы повредить. При хорошо заточенном мече достаточно глубокие раны получаются.

Он на мгновение задумался.

– Ещё удары. «Мэн», например. – Сенсей закинул руки с мечом наверх, но иначе, чем в дзёдане, будто сложился и подобрал ноги на одну линию. А потом резко опустил меч. Я видел этот удар со стороны в исполнении учеников. – Вот тут, если заметили, лезвие проходит близко к левому уху. Очень красивый срез может получиться. У новичков, которые тренируют этот удар, левое ухо такое красное бывает! Но я вам удар «мэн» ещё не показывал?

Я помотал головой, стараясь сохранить лицо, а внутри уже расползалось отравляющее душу разочарование, досада и почему-то обида.

– Так, ну а остальное – порезы и уколы разных частей тела, зависит от одарённости ученика. И при вкладывании меча в ножны то же самое, ладони страдают и ножны конечно. Потому что делать всё нужно правильно. – Сенсей поднёс основание меча к ножнам, обхватил спинку лезвия большим и указательным пальцами, и, скользнув по ним, меч сам упал в ножны. – Поэтому сначала вы занимаетесь с деревянным оружием, потом с незаточенным и самым простым йайто. Пока научитесь, меч испортите. То, что вы купили – хороший меч, прекрасный, но это – оружие для мастера. Поберегите и себя, и его.

Сенсей посмотрел на меня и улыбнулся. Я с удивлением обнаружил, что от этой улыбки стало как-то легче. Она не была ни торжествующей, ни насмешливой, наоборот, открытой и даже доброй. Так улыбается отец, глядя на попытки маленького сынишки сесть за руль настоящего взрослого автомобиля.

– Я понял. Можно мне оставить меч в зале, на хранение? Не знаю, смогу ли дома удержаться, чтобы не попробовать.

Сенсей оценивающе посмотрел на меня и строго сказал:

– Если будете регулярно посещать тренировки.

– Обязательно!

Он кивнул и принял у меня Тень мастера и чехол.

– Не подумайте, что я вам страшилки рассказываю. Травм я видел много и самых разных. – Сенсей серьезно посмотрел мне прямо в глаза, а потом добавил: – У меня такое ощущение, что вы слишком торопитесь, куда-то спешите. Избавьтесь от этого стремления, путь открывается с течением времени. Всё должно происходить естественно.

Я кивнул, стараясь сохранить спокойное выражение лица. Не рассказывать же ему про ведьму. Один раз уже рассказал – Катька дуется до сих пор.

На тренировке сенсей заставил меня отрабатывать новый удар, тот самый «мэн». Подтверждая его слова, я и вправду несколько раз зарядил себе по уху. Удар оказался непростым и энергозатратным. Сделав серию из двадцати ударов, я останавливался, смотрел на камидза, разглядывал других учеников и, передохнув, продолжал. Сенсей постоянно подходил править: и руки не так, и ногу согни, и угол у меча не тот. Под конец тренировки пот катился с меня градом, а ЧСВ упало ниже плинтуса. Наверное, у меня просто нет способности к фехтованию. И Тень мастера будет томиться в подсобке до конца времён. Поддержка эгрегора в таком случае не светит, и ведьма приберёт меня к рукам.

– Что-то вы совсем скисли, – сенсей подошёл и, чуть улыбаясь, вопросительно наклонил голову.

– Да вот, не получается никак, – вздохнул я. Неутешительными выводами по поводу способности к фехтованию я с ним делиться не стал. И так всё ясно.

– А вы прямо ждёте, что с первого раза получится? – в тёмных глазах запрыгали насмешливые искорки. – Люди годами оттачивают удар. Особенно такой сложный, как этот.

Я не нашёлся, что ответить, и уставился на сенсея.

– Вот вы думаете, зачем так долго тренировать один удар? – спросил он. – Слышали про принцип Иккен Хисацу? Переводится как «Убить одной стрелой».

Я покачал головой.

– Это не просто красивые японские слова. Перед вами противник, и вам лучше убить его с первого удара. Если он отразил атаку, ваше положение становится дважды неудачным. Во-первых, вам надо не пропустить его удар, во-вторых – успешно атаковать снова. Чувствуете, как падают шансы?

– Угу, – кивнул я.

– Конечно, есть стратегия ожидания. Когда у вас есть план контратаковать противника, когда он сам откроется при атаке, но это, – сенсей улыбнулся, – другая история. А сейчас нам пора заканчивать тренировку.

В раздевалке надо мной подшутили.

– Кто-то не только ухо, но и лоб отбил, – беззлобно засмеялся Олег, тот самый коренастый парень, что приносил мне деревянный меч в прошлый раз.

– Чего смеяться, сами такие были, – заметил стоявший рядом со мной круглый мужчина с залысинами и живым добродушным лицом. – Парень старается. Меня, кстати, Василий зовут.

Он протянул пухлую руку.

– Андрей, – я ответил на рукопожатие. Толстые и мягкие с виду пальцы оказались крепкими, как клещи.