Шрифт:
– Брось свои штуки, – злобно сказал Пендрагон. – А то по-настоящему поссоримся…
Но оборотень шуток бросать не хотел. Он хотел поссориться. Зарычал, обнажая верхнюю челюсть с острыми, как гвозди, клыками.
Пендрагон сунул руку за пазуху и выхватил пузырек с розоватой водой. Отвинтил крышку.
– Это аконит, – предупредил он. – На всю жизнь шрамы останутся, учти. А если в глаз попадет… Ты же обещал без дела не оборачиваться!
Волк зарычал.
– Так не честно, Застенкер. – Пендрагон спрятал пузырек. – Знаешь, твои манеры в последнее время меня просто удручают. Вы все вокруг просто взбесились…
Деспот даже всхлипнул.
– Но я открыт для конструктивного диалога…
И совершенно неожиданно, безо всякого перехода завопил:
– Стража! На помощь!
Я толкнул дверь и ворвался внутрь. Волк повернулся в мою сторону.
– Стреляй! – заорал Пендрагон. – Это оборотень! Чудовище!
Волк оскалился. Однако, едва я успел поднять бластер, как потолок над нашими головами треснул, посыпалась черепица, и прямо на стол, вернее, прямо на волка Застенкера обрушилась свинья.
Свинья выглядела безжизненно, на боку ее были нарисованы шахматные квадратики, к спине приторочен парашют. Свинья вдавила волка в стол, стол сломался, ножки разлетелись в стороны.
Деспот застыл. В волке хрустнули кости, придавленный зверь завизжал и с трудом выбрался на свободу.
– Я же говорил, – прошептал Пендрагон. – Народ за мной…
Волк поднялся на ноги. Ошарашенно хромая, он проковылял мимо меня и вывалился в дверь. Пендрагон с облегчением плюхнулся на стул.
– Никому нельзя доверять, – вздохнул он. – Что за времена?
– Это точно, – сказал я. – Времена дрянные…
– Надо было его доделать… – Пендрагон пощупал голову. – Таких нельзя отпускать… Смешно, свинья на поэтическом конкурсе. Застенкер говорил тоже. Теперь свинья с неба, вторая свинья за день… День свиньи, какой-то. Хотя…
Пендрагон поглядел на лежащую без сознания свинью.
– Может быть, это судьба? – спросил он.
Это точно, подумал я.
Глава 12. Незапланированные мозоли
Мне даже не пришлось его особо пытать.
Так, самую малость. Способ, описанный в китайском трактате «О пытках и различных наказаниях, применяемых как к злым людям, так и к проказливым животным», оказался эффективным. Автор трактата, следователь провинции Гуанчжоу мэтр Чжу Цинн с помощью этого способа рекомендовал обуздывать не в меру строптивых служебно-розыскных собак.
Через несколько минут стояния в позиции «спеленутый журавль любуется цветками лотоса» Пендрагон заговорил с почтением, без угроз, проклятий и зловещей лексики.
– Тебя послал он? – испуганно ныл деспот. – Тебя послал Персиваль? Если тебя послал он, то я тут ни при чем! Я работал на его благо! Я вел народы Страны Мечты к процветанию! Так ему и передай! И еще скажи…
– Я частное лицо, успокойся, – сказал я. – Меня никто не посылал, я сам по себе.
– А! – оживился Пендрагон. – Это хорошо, лицо физическое всегда лучше, чем лицо юридическое. Так сказать, ПБОЮЛ [29] , хи-хи… У меня есть тридцать килограммов платины высшей пробы. Тебе этого хватит! И твоим детям, и твоим внукам, и твоим правнукам, и твоим…
29
ПБОЮЛ – предприниматель без образования юридического лица.
Он еще долго, наверное, перечислял бы моих грядущих родственников, но я его остановил.
– Не гони пургу, – посоветовал я. – На сегодняшний день слишком много безумия…
– Даже сорок… Сорок два килограмма! – продолжал деспот. – Забирай все! Там, за камином, мне ничего не нужно! Возьму суму переметную, пойду в люди. Кто корочку подаст, кто полушку проржавевшую…
Я заглянул за камин и обнаружил сундучок. С трудом выволок, сломал замок. Внутри лежали круглые бруски серого металла. Не думал, что платина выглядит так скучно. Но все равно я как-то заволновался, голова даже вспотела.
На вес бруски оказались довольно тяжелые. Я взял две штуки, приложил к щекам. Тепло. Всегда предполагал, что платина теплая.
А чего? Человеку, собирающемуся провести старость лет на изумрудных склонах близ Мачу-Пикчу, платина не повредит.
Я спрятал ее за пояс.
– Бери еще! – С Пендрагоном сделался приступ щедрости. – Мне ничего не надо…
– Материальные ценности меня… интересуют в самой меньшей степени. Я хочу знать другое…
– Секрет?
– Секрет, – подтвердил я.