Девочки ограничились «Унесенными ветром» Митчелл. Антон — шахматный учебник Макса Эйве тридцать шестого года издания.

Расплатились, вернулись в такси, и отправились восвояси. В «Дюны». Там в вестибюле, прихватили газеты. NYT, LAT и «Обозрение Лас-Вегаса». Знакомиться с газетным американским языком.

И поднялись в апартаменты.

Лифт здесь особенный. С музыкой. Тихой-тихой, не сразу и поймешь, откуда звучит. Словно в рай поднимаешься. С каждым этажом чуть громче, но всё равно очень тихая.

Была бы громкая, какой бы то был рай?

И в полдень по местному времени мы оказались у себя. На временной территории условного «дома».

При всех предупреждениях и замечаниях.

Перед поездкой с нами провели инструктаж. Двухчасовой, подробный. Ну, да, мы уже были за границей. Но повторение не повредит. Предупредили о подвохах и неожиданностях, с которыми можно столкнуться. О правилах поведения советских людей за границей. Что делать в сложных ситуациях. И чего не делать.

Никогда не разговаривать с незнакомцами, к примеру.

И помнить: вас подслушивает враг. Везде. А уж в номере гостиницы — точно. Может, даже и подсматривает.

Мы с Лисой и Пантерой этот пункт обсудили. И решили, что плевать.

Вспомнили фильм «Рокировка в длинную сторону». Там главный герой, Шурик, приезжает на конгресс в Западную Германию, а между научными встречами встречается с девушкой. И записью этих встреч враги его шантажируют и склоняют к государственной измене.

А где повод для шантажа? Да, встречаются. Пусть и самым тесным образом встречаются. И что? Чем тут шантажировать? Засняли на пленку? Ну, так стыд и позор подсматривающим и подслушивающим. Вуайеристы, скопофилы. И у нас такие есть, в деревнях подглядывают за сортирами. Так их деревенские ловят и мордой в говнище-то и окунают, раз им так говнище любо.

Другое дело — секреты. Но государственных секретов мы не знаем. А тактику и стратегию матча я держу у себя в голове. Нет, была идея пообсуждать предстоящую игру, мол, на е четыре буду играть французскую защиту, пусть готовятся, а я раз — и уйду в дракона, но, подумав, я отверг подобные кунштюки: всё равно сработает лишь однажды, да и проку чуть. Даже меньше. Несерьёзно это. Недостойно советского чемпиона.

И мы стали обсуждать увиденное. Пальмы, магазины, дороговизну аптеки, замечательный книжный. Разобрали состав минеральной воды «Пелегрин». Похожа на липецкую. Минерализация — полтора грамма на литр, натрий, магний, аш це о три, немного сульфатов. Можно пить, как столовую. Попробовали — приемлемо.

Поговорили и о погоде. Жарко. Очень жарко. Но воздух сухой, и потому потей, не потей, мокрым не станешь. Нужно пить воду. Слабосолёную. Следует купить питьевой воды в лавке. Можно, конечно, и в номер заказать, дело простое — снял трубку телефона, и заказал. Но лучше купить самому. Надёжнее.

Потом, понятно, перекус. Полдник. Сэндвичи с тунцом и томатный сок.

Раздав газеты, я отпустил всех, наказав прийти в четыре ровно. А сейчас я буду отдыхать. Готовиться к матчу.

Оставшись в одиночестве, я посмотрел на часы. Скоро, но вот не прямо сейчас, будет два часа пополудни. Три ночи по Москве. Подожду.

Опять душ. Одевшись в гостиничный халат (подарок для дорогого гостя), я достал из чемодана маленький «Грюндиг». Как детектор подслушивающих устройств тут он вряд ли поможет: техника шпионажа в Америке на высоком уровне. Тут, поди, замаскированный микрофон, но не радио, а проводной. А, может, и нет никакого микрофона. Кому я нужен…

Включил. Послушал радио. На средних волнах с дюжину станций. Остановился на одной: KRLW, Лисий спорт. Ну, да, спорт. Реклама. Опять спорт. Погода. Сейчас сто два градуса, завтра до ста пяти.

А, это по Фаренгейту. Сто два — это, кажется, чуть ниже сорока. А сто пять — уже выше. Потому-то туристы и идут в казино. Прячутся от жары. Вот сейчас проснутся, позавтракают и пойдут. И будут ходить аж до самого до утра, нечувствительно расставаясь с деньгами. Рулетка, автоматы, какие-то блэк джеки… Считать потери будут потом. Дома.

Я переключил приемник на короткие волны, но Москву не нашёл. Уж больно далеко она, Москва. В Нью-Йорке, может, и ловит, а здесь, на другом конце планеты…

Ан нет, поймал! На английском. Внешнее вещание.

Новости дня.

И я опять выпал из реальности на десять минут. Не совсем выпал, скорее, погрузился в туман. Явь ушла, пришли морок и навь. Но тоже полупрозрачные. И они меня ухватить не могут, и я их.

Здесь они много слабее, чем в Сосновке. Потому что ясный день? Или дело в расстоянии?

Всё вернулось в исходное состояние в два десять. А в два пятнадцать я уже спал. Ну, я так полагаю.

А в четыре ровно Лиса и Пантера меня разбудили.