Жуевский телефон пиликнул и Андрей вцепился в него почти мертвой хваткой. Но тут же разочарованно отбросил его на стол, когда узнал, что это всего лишь предупреждение о разряжающемся аккумуляторе.

Дымя сигаретой, он сидел на кухне, слушал тишину и смотрел вниз в окно, где в синеве атмосферы звякнул торопящийся в депо трамвай. Андрей недавно живет на этой улице, еще не привык к району, еще не привык, что под окном гудят машины даже в позднее время. Это мешало спать, но Наде Гриковой нравилось, она говорила, что слушая шум за окном, она ощущает себя живущей именно в городе, а не в глухом захолустье. Но, не смотря на это она ворочалась на кровати до тех пор, пока не затыкала уши берушами.

Эту квартиру подыскала ему конечно Олеся Левит, кто же еще. Она всегда подыскивает ему квартиры и все время в самых разных районах Питера, так чтобы Жую всегда приходилось начинать приспосабливаться заново. На данный момент времени он жил на пересечении улицы Крупской и проезда Обуховской Обороны. Обуховская оборона… Жуй задумчиво вздохнул. Мог ли в шестнадцатом веке воевода казачьего полка Иван Васильевич Обухов, щедро натирая барсучьим жиром мозоль на правой ступне, подумать, что один из его многочисленных потомков, а именно – Павел Матвеевич Обухов, уже в далеком девятнадцатом веке откроет способ получения высококачественной стали и начнет в России крупное производство литой стали и стальных орудий. А потом уже в начале двадцатого века рабочие Обуховского завода подустанут лить пушки и решат организовать стачку, переросшую в политический бунт. Так родовая фамилия соединиться с родом Крупских и окажется на фасаде дома номер 1/123, на четвертом этаже которого молодая звезда российского рока курит «Парламент» отечественного производства и с беспокойством поглядывает то в окно, то на разряжающийся мобильный телефон, то на рюмку со сладким желтым содержимым.

Андрею Жую становилось все мрачнее и мрачнее. Он был один. Теперь, когда откинув ненужные мысли о литой стали, о недремлющих цехах завода за Невой, об отце, что остался теперь уже в прошлом, Андрей в полной мере осознал, что сидит совершенно один.

И ляжет спать совершенно один. И когда проснется, его одиночество останется с ним наедине и никуда не пропадет, даже когда вечером он придет на репетицию их группы. Да, в студии, разумеется, будут люди, многие из которых являются если не друзьями Андрея, то, по крайней мере, знакомыми. Но потом он так или иначе вернется домой, сюда, в эту съемную квартиру, где полбатона в хлебнице окончательно зачерствеют. И так же сядет перед окном или уставиться в планшет. Так же закурит сигарету, не думая о том, что его Нади не нравится табачный дым, потому что его Нади с ним не будет и завтра.

А ведь в Петрозаводск его провожала Надька. ЕГО Надька. Она не поехала с ним на вокзал, потому, что за ним прямо к подъезду приехал микроавтобус. Грикова осталась в квартире, готовясь навести уборку в прихожей, а потом она хотела пересадить свой декабрист в широкий горшок. По возвращении Андрея из Финляндии, она обещала изжарить для него индейку, как он любит. С хрустящей кожицей, натертой чесноком. Жуй опять открыл холодильник, припоминая, что когда он доставал ликер там почти ничего не изменилось с того раза, как он заглядывал сюда четыре дня назад перед отъездом в Карелию и Финляндию. Так и было. Значит, Надя еще не ходила в продуктовый. Значит, его индейка скучает в магазинном холодильнике и даже не подразумевает, что могла бы быть сейчас съедена под желтый ликер или красное вино на кухне в доме номер 1/123 на пересечении проспекта Обуховской Обороны и улицы имени боевой подруги Ульянова-Ленина (Надежда Константиновна Крупская была не полной тезкой Гриковой, у Нади отчество было другое, сложно-неславянское).

Андрей тряхнул головой и грубо затушил окурок. Он быстро прошел в спальню и распахнул шкаф. Ни одной женской шмотки. Ну ладно, шмотки еще можно забросать в сумку, чего не сделаешь с горяча. Но вот ванная!

Ванная! Андрей побежал в ванную и раскрыл дверцу. Едва различимый запах канализационной трубы и… из всяческих туалетных принадлежностей остались только мужские: крем для бритья и после бритья, шампунь, зубная щетка и еще какая-то мелочь, которой Андрей мало пользовался. Женского – разве что пара обмылков.

Декабрист! В зале на подоконнике там, где стоял горшочек с цветком, остался лишь круглый след. Даже декабрист забрала! Это уже серьезно! Это уже повод бить в рельсу!

Нервно закуривая четвертую по счету сигарету, Андрей Жуй вернулся к кухонному столу и вновь вцепился в мобильник. Он писал СМС:

«Нам надо встретиться. Сейчас. Там, где раньше»

Адресат: «Надя». Только после того как отправленная им СМС покинула его телефон, он бросил взгляд на часики на экране телефона. Около одиннадцати часов вечера. Не поздновато-ли для свидания? Однако на улице светло. Все же поздно… Но письмо отправлено и обратного хода нет.

Докурив, он, не переодеваясь и даже не закинув в рот чего-нибудь съестного, потушил окурок и вышел из квартиры. Теперь ему не надо было ловить такси, неподалеку на маленькой парковке его ожидала «Ямаха V MAX»

Самая первая встреча Андрея Жуя и Нади Гриковой состоялась не в самом удобном для встреч месте – над туннелем Выборгской набережной. Автомобили в этом месте мчатся со всех сторон и в разные стороны, даже внизу, куда ни глянь – везде автотранспорт. Встреча произошла в конце августа прошлого года, средь белого дня, когда Надя решила пройтись пешком над тоннелем в офисное здание «Лукойла» (в то время она подрабатывала курьером), а у Андрея зачихал глушитель тогдашнего «Урала» и ему пришлось притормозить, нарушая ПДД. Судьба свела их в этой шумной точке, глаза двоих молодых встретились… Надя будто бы случайно выронила пакет документов прямо рядом с жуевским мотоциклом, а Андрей не слишком расторопно для чисто вежливой помощи подбирал листы с раскаленного от зноя асфальта. Слово за слово и Андрей предложил подбросить Надю до «Лукойла», а та, в свою очередь, пообещала выкроить для него свободный вечерок и написала на его сигаретной пачке свой номер телефона.

Так и началось.

Конечно, Надя узнала в приостановившемся мотоциклисте молодого рокера Андрея Жуя, хотя и не являлась поклонницей данного музыкального направления. Собственно, поэтому она и выронила папки с документами прямо перед парнем, который, испачкав руки в смазке, что-то подкручивал в своем тяжелом мотоцикле. Позже она призналась что изначально не рассчитывала ни на что кроме нескольких секунд внимания со стороны лидера «Толпе» (ну и может быть автографа), но все оказалось гораздо интересней, так как сама того не ожидая, она попалась Жую на глаза именно в то время, когда его сердце было свободно и он даже стал наблюдать за собой первые признаки спермотоксикоза.