Черт, у меня нет на это времени.

Ярость от её траты времени боролась с моей потребностью успокоить ее. Всю свою жизнь она боялась только этого: превратиться в Ката. Забыв о своей человечности, она погрузилась в дурной романтизм долгов, смерти и крови.

Понизив голос, я заставил себя сохранять спокойствие. Это была моя сестра. Моя кровь. Мой страх за Нилу был равен моей преданности Жасмин.

– Ты уже не та, что прежде.

Ворвавшись в палатку, я схватил рюкзак с уже упакованными вещами первой необходимости.

– Ты сделала то, что мы оба должны были сделать много лет назад. Ты угрожала ей? Мы должны были убить ее за то, что она сделала. Она - катализатор всего этого, Джез. Ни я, ни ты, ни Кес. Ни кто-нибудь. Она.

Тяжело дыша, я запихнул в карман джинсов все самое необходимое и составил новый план.

– Мы все исправим. Если для этого нам придется убивать, мы это сделаем.

Джез икнула, сказав сквозь слёзы:

– Я просто ... я подвела тебя. Она знает, что теперь я на твоей стороне. То, как она смотрела на меня, Джет. Все это время она позволяла мне делать то, что, я знаю, тебе никогда бы не позволили. Она потакала мне, как единственной девушке. Но теперь она знает. Она знает, что я на самом деле о ней думаю. Я разрушила доверие, которое ты мне сказал завоевать.

Ее голос дрогнул.

– Ты просил меня беречь Нилу. Ты дал мне задание. И из-за того, что я застряла в этом чертовом кресле, я подвела тебя.

Страница 3

Я резко остановился.

Мой желудок скрутило. Мне потребовались все силы, чтобы мой голос оставался ровным и не дрожал от чувства вины.

– Джез ... ты сидишь в этом кресле из-за меня. С моей стороны было эгоистично так много на тебя взваливать. Ты действительно оберегала ее. Ты имела дело с Бонни все эти годы. Ты столкнулась с Катом, чтобы изменить Долг по наследству. Это чертовски здорово. Остальное на мне.

– Нет, нет это не так.

От нахлынувшей внезапно ярости, я ударил кулаком по дереву.

– Да, это так. Я держал ее в своих руках несколько часов назад. Я думал, что знаю, как лучше. Я тупо думал, что у меня есть время. Я чертов идиот. Это я виноват. Не ты. Никогда. Понимаешь?

Жасмин не ответила.

Мое время вышло. Мой голос понизился до успокаивающего шепота.

– Я не могу тебя утешить. Не сейчас. Меня, бл*ть, убивает то, что ты вынуждена справляться с этим сама, но, Жасмин, мне нужно, чтобы ты сказала. Куда они ее увезли?

Алмазная аллея?

Дом в Девоне?

Куда?

Джез громко фыркнула, отгоняя свое горе.

– Они отвезли ее в Алмаси Кипангу.

– Бл*ть!

Мой разум заполнили образы нашей шахты. Пещеры и лабиринты высеченных тропинок. Наше состояние пришло оттуда. Наше имя. Наши титулы. Все, что у нас было, было взято из грязи.

Алмаси Кипанга.

Суахили для Diamond Hawk.

– Когда? Как?

– Я не знаю. Но они забрали ее. Они уехали несколько часов назад. Я связалась с авиадиспетчерской службой. Самолет вылетел по маршруту Чад - Ботсвана. Ты никогда не успеешь вовремя.

Все внутри меня стало холодным, ледяным.

– Вовремя для чего, Джез? Что еще ты знаешь?

Я расхаживал по поляне, чертовски сходя с ума.

– Бонни очень гордилась тем, что сказала мне, что Кат заставит ее заплатить третий долг, как только они приедут туда. И четвертый долг на следующий день после...Джетро ... они планируют заставить её выплатить последний долг к концу недели.

Гребаное дерьмо.

Мой мозг лихорадочно работал, высчитывая часовые пояса и расстояния.

Даже если я уеду сейчас, а чартер отправится немедленно, я все равно опоздаю на несколько часов. Я не успею предотвратить третий долг.

Мое сердце рассыпалось в прах.

Как я мог так поступить с ней? После всего, что она уже пережила. Как я мог, бл*ть, так её подвести?

Господи!

Схватив рюкзак, я поклялся, что больше не позволю Ниле страдать. К черту план. К черту время.

Я не сдамся.

– Я позабочусь об этом.

Мой голос был, словно я произносил поминальную речь. Даже когда я поклялся, что спасу Нилу, я знал правду. Ужасную, отвратительную правду.

Кес сделал то, что не смог я, и спас ее от третьего долга. Он обнимал ее. Утешал ее. Он был рядом, защищая ее от изнасилования.

Все это было напрасно.

Его застрелили из-за меня.

Он может никогда не проснуться из-за меня.

Я хотел убить отца голыми руками. Я хотел вырвать свое сердце, потому что, что бы я ни сделал, я подведу Нилу.

Она заплатит третий долг.

И она будет ненавидеть меня вечно.

Мои колени дрожали, когда я задыхался в агонии. Я приговорил ее. Я был тот, кого она будет винить. Как она сможет оправиться от этого? С чего бы ей снова хотеть меня после того, как я оставил ее в одну?