– Спасибо, мне так будет спокойнее.

Наверно, к полуночи меня осенило, что была пятница и тринадцатое число, я как мог попытался себя уговорить, что все это намеренная демонизация обычного числа, но легче не становилось. Напротив, как специально стало настолько тихо, что я услышал пульсацию вен на шее; мгновение – и я часто и жадно задышал, а дрожащая рука уже расстегивала пуговицу на вороте. Вот она, моя тревога во всей красе. Неожиданно серая луна скрылась – изюминка паники. И вот теперь стало по-настоящему жутко: пугающая темнота со зловещим безмолвием.

То, что это кошка, я понял сразу. Да, было темно, но на расстоянии нескольких метров несложно разглядеть в ночной гостье повадки кошачьих. На мгновенье вышла луна, и я даже улыбнулся – конечно же, кошка была чёрного цвета.

– Кс-кс, иди ко мне, – я облегченно выдохнул.

Но та ощетинилась и зашипела, явно опасаясь чего-то за моей спиной. Резко обернувшись, я увидел собаку: оскалив клыки, она рычала и приближалась с явным намерением напасть. И было непонятно, кто не нравился ей больше – я или кошка.

– Фу, пошла! – замахнувшись, крикнул я, на что собака кинулась в ноги и попыталась укусить.

Хорошо, что мы не забетонировали могилку дяди, а засыпали всё щебнем. Мигом взяв горсть камней, я с большим наслаждением приготовился их кинуть. Увидев в лунном свете замах, псина прижала уши и поспешила скрыться в темноте кладбищенских дорожек. Не то чтобы я боюсь быть укушенным, но ночью на кладбище… думаю, это не самая лучшая идея. Поэтому, сделав приличный запас камней перед спальником, я был готов, если понадобится, отразить атаку целой стаи собак.

– Призраки ночи, вы где?! – заорал кто-то.

– Рыжий, не дуркуй, – послышался ещё один, женский, голос. – Иди лучше ко мне, это место так возбуждает.

– Реально? Ты так завелась?

До этого момента я даже не вникал, что есть такая субкультура, как готы. Да, что-то слышал про депрессивных подростков, помешанных на тёмных тонах и своеобразной музыке, но вот чтобы так близко, вживую столкнуться с этим явлением и вдобавок в мою психотерапевтическую ночь – ну никак не планировал.

– Чёрт, тут окрашено, – выругалась девушка.

– Пойдём дальше.

– Блин, Рыжий, это моя любимая юбка. Я как знала, что вляпаемся в хрень с твоей идеей провести ночь на кладбище!

– Сегодня самая жуткая ночь – полнолуние, тринадцатое. Не порти кайф, подумаешь, краска. Ты прислушайся к этой загробной тишине!

– Как там этот чудик с радио сказал?

– Оцепеняющей! Ха-ха, – в один голос произнесли они и громко рассмеялись.

Больше происшествий и нежданных встреч не было. Разжигать огонь, чтобы приготовить еду, я не стал: во-первых, я не взял в чём варить лапшу, а во-вторых, огонь привлёк бы ещё кого-либо, а если честно, ночных приключений с меня было предостаточно. Мой поздний ужин был скуден – сухая лапша быстрого приготовления и кофе с коньяком. Консервы были бесполезным грузом – без ножа, который я, при всей своей скрупулёзной подготовке, забыл дома. Самым полезным был коньяк, я даже пожалел, что так мало добавил его в кофе. Приятная согревающая теплота виноградного спирта быстро распространилась по всему телу. Даже стало немного жарко в спальнике.

– Я понимаю, вам не спится, – первым заговорил доктор в очередной из моих звонков. – Но на часах три утра. Постарайтесь отключить голову, иначе утром вы будете разбитым и не сможете выполнить запланированное задание по техническим причинам.

– Это как?

– Ну, либо проспите, либо разрядится телефон.

– Я будильник завёл.

– Тогда точно телефон разрядится, если ещё пару раз позвоните мне.

– Кстати, да! Одно деление осталось.

– Тогда до встречи на очередном сеансе, и жду утреннее фото.

Понимая весомость всех аргументов доктора, я согласился с его рекомендациями и попытался уснуть. Назвать это сном было сложно. То и дело вздрагивая и просыпаясь, я хватался то за камни, то за телефон.

Утром, сонный, с растрёпанными волосами и мешками под глазами, я сделал селфи и отправил доктору, как и договаривались, через ватсап. Надо признаться, он открыл моё сообщение только в обед. Он, наверное, как и я, провалялся всё утро субботы в постели, отсыпаясь от ночи психотерапии на городском кладбище.

В понедельник, довольный успехом кладбищенской авантюры, я двумя руками благодарил доктора за победу над страхом.

– Вглядитесь в эту фотографию, – подытожил он. – Так выглядит ваше исцеление от фобии.

Одобрительно кивая, я ещё раз посмотрел на ту фотографию: вид был ужасный – наполовину высунувшись из спальника, лохматый сонный мужик сделал селфи на фоне могильной плиты. Да уж, кому покажи – точно сочтут за полоумного.

– Ну что, удаляем фото? Все выводы сделаны?

– Да, конечно, – увеличив фотографию, я улыбался, разглядывая своё испуганное лицо. – Со стороны страх так забавно выглядит, – уверенно подметил я, а потом неожиданно вздрогнул.