Однако затянувшие небо облака были просо обязаны рано или поздно обрушить своё содержимое на землю.

Опасаясь, что метель может надолго запереть их в избушке, они постарались увеличить запас хвороста, ходить за которым стали только вдвоём. Пока одна рубила кусты и ветки, вторая внимательно осматривалась по сторонам.

Поднявшийся утром лёгкий ветерок к вечеру превратился в настоящую метель, тоскливо завывавшую в печной трубе и недовольно швырявшую снежную крупу в затянутое полиэтиленовой плёнкой окошко.

Два дня они выходили только по нужде и за водой.

Воспользовавшись неожиданным затворничеством, путешественница между мирами рискнула накормить спутницу гречневой кашей. Местная служительница культа отнеслась к данной затее с откровенным скептицизмом, но всё же согласилась принять участие в эксперименте.

Девушка ждала недовольной гримасы, ворчания и даже плевков. Но, осторожно прожевав поддетые ложкой разваренные зёрна, жрица снисходительно кивнула. В общем и целом гречку признали съедобной, хотя кушала её Сабуро без особого энтузиазма. Скорее всего, ей просто надоело однообразное питание.

На третий день метель стихла, подморозило, по берегам ручья в овраге появился ледок. Как и следовало ожидать, жрица вновь заговорила о необходимости покинуть их лесное убежище.

Из разговоров, которые они вели в последнее время, недавняя невольница поняла, что спутница намеревается добраться до расположенного в трёх-четырёх днях пути города, где проживает её брат, занимающий какое-то высокое положение.

С сожалением осознав, что ей больше не удастся удерживать женщину в лесу, Ия решила кое-что уточнить. Когда спутница опять завела речь о том, что теперь-то эпидемия уж точно закончилась, и они могут отправляться к её родственникам, бывшая рабыня поинтересовалась:

— Что делать я, Сабуро-ли?

— Вы пойдёте со мной, — ни на секунду не задумываясь, ответила жрица.

— К ваш брат? — уточнила недавняя невольница.

— Да, — кивнула собеседница. — В Букасо-но-Хайдаро.

— Вы сказать ваш брать, кто я?

— Да, Платино-ли, — подтвердила женщина, высказавшись в том смысле, что родного брата она обманывать не будет.

Девушка нахмурилась, ибо подобная честность со стороны Сабуро её совершенно не устраивала. Всё-таки вокруг не просто чужая страна, а иной мир. Неизвестно, как к её появлению отнесутся прочие жрицы и разного рода религиозные фанатики, коих в Средние века вроде бы везде хватало.

К тому же внешностью она почти ничем не отличается от аборигенов. Её вещи не потрясли Сабуро, что называется, «до глубины души». По-настоящему местную служительницу культа поразило только видео из смартфона. Но без электричества тот представляет собой лишь чёрный прямоугольник в футляре из искусственной кожи. А зарядить аккумулятор Ия вряд сумеет. Тут, небось, и понятия не имеют об электричестве. На то, чтобы продемонстрировать возможности гаджета брату Сабуро, батареи ещё хватит, но потом точно всё. И если он решит представить её кому-нибудь из большого начальства, то путешественница между мирами уже ничем не сможет подтвердить своего происхождения. Тогда во лжи могут обвинить не только её, но и жрицу с родственниками.

Видимо, заметив беспокойство собеседницы, женщина хоть и поняла его по-своему, тем не менее решила её успокоить.

— Не волнуйтесь, госпожа Платино. — Мой брат — хороший человек. Он вам обязательно поможет. Вы же мне помогли, а наш род добро не забывает.

Для недавней невольницы последние слова прозвучали особенно обнадёживающе. Как бы то ни было, именно она вылечила Амадо Сабуро. И если её брат хотя бы немного похож на свою сестру, вряд ли он окажется неблагодарной сволочью. А уж что и кому будет говорить о ней влиятельный родственник жрицы — ему виднее.

Несмотря на то, что девушка всё ещё не чувствовала себя хоть сколько-нибудь подготовленной к реалиям местной действительности, она отнеслась к подготовке будущего путешествия со всей серьёзностью, первым делом заявив жрице, что за световой день ним не выйти за границу заражённых земель, а ночевать в зимнем лесу под открытым небом для них смерти подобно.

Однако выяснилось, что спутница всё это прекрасно понимает, планируя остановиться на ночлег в Амабу. Так называется деревня неподалёку от первого поста, где остановили караваны работорговца и знатной дамы.

Бывшая рабыня вспомнила застывшие в воротах силуэты мужчин и понимающе кивнула.

— Тогда там ещё быть люди.

— Если дороги открыты, там будет много народа, — пояснила собеседница. — Мы переночуем и пойдём дальше.

Разобравшись с данным вопросом, Ия настояла на том, чтобы они взяли с собой картофель, рассказав скептически скривившейся жрице о пользе и урожайности этого овоща.

Ночью недавняя невольница долго ворочалась, прислушиваясь то к ровному дыханию спутницы, то к тишине, царившей за крепкими стенами избушки.