Ангела подходит и становится рядом с Эббой:

– Они сидели здесь, Николас уснул, положив голову сестре на колени. У них был приход, и он вырубился. А когда он проснулся, сестра была уже мертва, а он лежал в луже ее крови. Он запаниковал и начал уничтожать улики своего пребывания в доме. Затем выбежал наружу, забыв телефон. Именно поэтому он и разбил окно снаружи и вломился внутрь – хотел забрать его.

Эбба обдумывает услышанное:

– И ты ему веришь? Веришь, что он невиновен?

– Меня все время об этом спрашивают. И знаешь что? Мне наплевать.

– Но чутье тебе что-то подсказывает? – спрашивает Эбба с удивлением.

– Нет. Потому что я знаю: мои клиенты, как и все люди на земле, врут. Сколько бы тебе ни казалось, будто ты что-то чуешь, позднее выяснится – тебя здорово надули.

На периферии сознания снова мелькает образ Йенса. Распрекрасный бойфренд, который свалил, когда она больше всего в нем нуждалась.

– Насколько хорошо ты знаешь, например, меня? – продолжает Ангела. – Ты знаешь, что я адвокат и исключительно хорошо делаю свою работу. Но являюсь ли я на самом деле той, кем ты думаешь, что я являюсь? Есть ли у меня друзья в криминальном мире, навязчивые мысли, ищу ли я случайных сексуальных партнеров, чтобы саму себя унизить, не занимаюсь ли я мастурбацией на глазах у соседа? Для меня только одна вещь имеет значение. Если мы сможем доказать, что он невиновен, значит, он невиновен.

Она поворачивается на каблуках и прохаживается по комнате, не дав Эббе отреагировать на свое заявление: «Если мы сможем доказать, что он невиновен».

Так все-таки Ангела верит этому своему клиенту или не верит? В любом случае она хочет защищать Николаса Моретти, потому что верит в это дело, верит, что у них есть шанс выиграть.

Верит ли в это Эбба? Она хочет заняться этим делом прежде всего из моральных соображений.

Но, как бывший полицейский, она, к сожалению, склонна согласиться с Джоном Хелльбергом.

Все улики указывают на Моретти. Дело раскрыто с полицейской точки зрения.

Но пока еще никакой приговор не вступил в законную силу, и если она соглашается на предложение Ангелы, то будет представлять интересы подозреваемого. Есть ли какая-то вероятность того, что Моретти не убивал свою сестру? Да, есть факты, которые на это указывают. Лестница, прислоненная к фасаду, клочок ткани, свисающий с арматуры.

Кто-то третий забрался внутрь через балкон и убил Ясмину, пока Николас спал у нее на коленях? Невероятно, но совершенно точно возможно.

Эбба подходит к балконной двери и изучает ручку. Констатирует, что ее можно открыть снаружи, а, по свидетельству первого патруля, дверь была не заперта. Кто-то мог зайти таким путем, кто-то в фиолетовой одежде.

Раздается какой-то звук, Эбба обходит комнату и обнаруживает птичью клетку, подвешенную к потолку. Она подходит и рассматривает попугая, глаза у которого такие же серые, как перья, а хвост ярко-красный.

– А вот и наш свидетель, наш самый лучший свидетель. – Эбба приближает лицо к клетке. – Скажи что-нибудь. Что здесь произошло? Кто убил твою хозяйку?

– Пошла в жопу.

Эбба отпрянула от клетки, не ожидая ответа, тем более такого.

– Что ты сказал?

– Пошла в жопу.

Со стороны дивана, где Ангела все это время изучала подушки и накидку, раздается смех.

– Какой крутыш.

– Но вдруг он видел, что произошло, даже наверняка видел? Вдруг может рассказать?

– Так это не работает. Чтобы научить попугая говорить, нужно много времени, к тому же они заучивают только определенные фразы.

– Ты уверена? Может, именно этот попугай гений, птичий Эйнштейн. – Эбба снова смотрит на попугая и думает о том, что он мог видеть.

Понимает ли он вообще, что произошло? Горюет ли он по убитой хозяйке?

– А что с ним теперь будет? – спрашивает Эбба.

– Наверное, отвезут в зоопарк или усыпят, не знаю.

– Пошла в жопу. – Попугай начинает бегать по клетке, как будто понимает, что сказала Ангела.

Усыпят. Печальная судьба попугая ранит душу Эббы. Кто-нибудь ведь должен его взять? Какой-нибудь родственник Ясмины, любитель животных.

Она размышляет над тем, не взять ли его самой, но у нее никогда не было домашних животных, а сейчас она едва может позаботиться сама о себе.

Она оставляет попугая и идет в ванную, осматривает раковину, на которой остались капельки крови, изучает коврик с красно-коричневым пятном. Николас зашел сюда и умылся? Она отмечает, что полотенце измазано подозрительными пятнами. Зачем оставлять после себя столько следов, если бежишь отсюда в панике, как утверждает Николас?

Ангела засовывает голову в ванну:

– Формальности обсудим позже, я сейчас должна уходить – у меня другое дело.

Эбба вопросительно смотрит на нее.