— Не трогай мою еду! Ты вообще сказала, что есть это не будешь! — Он попытался отодвинуть меня от жалкого подобия газовой плиты, работавшего на дровах или чем-то еще.

— Они вообще перепелиные, что ли? — спросила, все-таки предоставив хозяину возможность заниматься оставшимися угольками.

— Это не яйца, это грибы такие! — проворчал он, высыпав все это на тарелку.

— Кофе хотя бы есть? — со вздохом поинтересовалась я, смирившись, что мимо завтрака точно пролетаю.

— Кофе? — переспросил Макс, словно впервые в жизни услышал это слово.

— Кофе. Напиток такой из молотых зерен! — объяснила, чувствуя, что закипаю основательно.

— А, это вроде есть… — Макс переставил на стол закипевший чайник, порылся в одном из ящиков и вручил мне баночку с молотым черным перцем! — Вот, запаривай, — пожал плечами, с интересом наблюдая за мной.

— Грибы вместо яиц, смалец вместо сыра, перец вместо кофе… Нам надо на рынок, причем срочно! — Я закатила глаза и направилась к двери.

— Куда ты собралась? — окликнул меня Макс, догнал и перегородил выход из комнаты.

— Сказала же, на рынок!

— В таком виде? — Он смерил меня удивленным взглядом.

— А что не так с моим видом? — насупилась и попыталась его обойти.

— За сумасшедшую примут!

— Боже… Идеи, мысли, соображения есть? — поинтересовалась со вздохом. Наверное, в его словах есть доля истины. Примут еще за ненормальную, а если в ведьмы запишут, так и на костер можно попасть…

— В комнате, где ты не изволила спать, есть женские платья, — любезно подсказал он.

Я невольно закатила глаза, вспомнив пылищу, которой было устлано все в комнате. Интересно, а моль тут водится? И насколько она успела пожрать те платья?

Делать нечего, вздохнула, бросив гневный взгляд на мужчину, и пошла наверх, выяснять состояние и размер вещей на практике.

Открыла шкаф и ужаснулась. Корсеты, рюшечки, дополнительные юбки, стремные кальсоны… Что это вообще за хрень?!

В состоянии, стремительно приближавшемся к истерике, захлопнула дверцу и попятилась, но тут же уперлась спиной в широкую грудь хозяина дома.

— Ну что, выбрала? — поинтересовался он, скептически хмыкнув.

— Эм… Нет.

— М? — Он вопросительно изогнул на меня бровь и снова отворил дверцу проклятого шкафчика.

— Это же орудия пыток, а не платья! — вздохнула и плюхнулась на кровать, подняв облако пыли. Выругалась, встала и оперлась задом на край стола, предварительно смахнув пыль рукой.

— Слушай, почему ведешь себя как истеричная баба или торговка с рынка, если ты дознаватель? — спросил Макс, спокойно перебирая вешалки с этим пестрым тряпьем.

— А я разве истерю? — спросила, отвесив челюсть от удивления.

Он лишь вздохнул, закатив глаза и смерив меня осуждающим взглядом.

— Правда истерю? — поинтересовалась у Хася, тоже пришедшего в комнату.

— Ну, скажем так… Ведешь себя немного странно и непривычно, — ответил пес и подошел ближе, оставляя на полу четкие отпечатки лап.

— Ну… — немного смутилась от таких откровений и задумалась. Да, пожалуй, эмоции действительно зашкаливают, нужно как-то взять себя в руки и перестать вести, как маленький ребенок.

— Вот, думаю это подойдет. — Макс достал из шкафа строгое бирюзовое платье и протянул мне. — С переодеванием справишься или помочь? — спросил, ехидно приподняв уголки губ в наглой ухмылке.

Послать бы его сейчас куда подальше… Да только вот я действительно не уверена, что смогу правильно натянуть на себя этот беспредел на шнурочках.

— Помочь, но не лапать! — со вздохом сдалась.

Максимилиан

Никогда не понимал всех прелестей женской одежды, но во имя собственного удовольствия со временем научился справляться даже с самыми сложными корсетами и подъюбниками. Кто же знал, что сейчас это умение сможет мне пригодиться...

Быстро впихнув девушку в платье, вручил ей расческу и пошел переодеться сам.

Понять бы еще, как объяснить ей, что я ни сном ни духом не знаю о способах путешествия между мирами и помочь навряд ли смогу. Осталось шокировать ее этой новостью…

Спустя четверть часа мы встретились в гостиной, я галантно подставил руку и, стараясь не смотреть и не восхищаться ее красотой, все-таки вышел из дома. Поймал себя на мысли, что давно не выходил. Продукты доставляли домой, оставляя у порога. Со временем я отвык от человеческого общества и перестал в нем нуждаться. Моими друзьями стали книги.