Первого человека из этой совершенно не дисциплинированной галдящей толпы беглецы увидели, когда тот, подойдя к поляне с другого края, стянул портки и присел справлять нужду.

По его внешности сразу же стало понятно, что никакого отношения ни к армии, ни к чьей-то дружине эта группа оборванцев не принадлежит. Разбойники обыкновенные, не сильно нажористые — так их для себя определил попаданец. Похоже, они, к тому же, и коллеги, в том смысле, что оказались здесь по той же причине — уходя с пути армейской колонны.

Они могли бы разойтись миром — банда шла в сторону Клента двигаясь лесом в полусотне метров от укрывшейся компании попаданца — вот только, не получилось. Виновников последовавшего боестолкновения было двое — вьючная лошадь, не вовремя решившая громко всхрапнуть, и засранец, этот звук услышавший.

От неожиданности разбойник со спущенными штанами упал на бок и выкрикнул:

— Кто здесь?!

Уже через несколько секунд на поляну выскочило полтора десятка разбойников разного возраста, от совсем юного, лет пятнадцати, парнишки до обросшего седыми волосами старика, и пола — две неухоженные тётки неопределённых лет, одна из которых была выбрита налысо.

Четвёрку друзей и их пятёрку коней с поклажей, с горем пополам укрывающихся в небольшом подлеске, разбойники разглядели быстро, и также мгновенно оценили своё численное превосходство.

Лойм Кессер успел до этого накинуть на себя куртку из толстой кожи с набитыми на груди и предплечьях бронзовыми и железными бляхами и взять круглый небольшой щит. Его меч-полуторник своими размерами внушал уважение. Наличие среди укрывавшейся от них четвёрки хорошо экипированного по местным меркам воина оборванных бандитов не смутило, а рисунков заклинаний на шее и руке Тании они видеть сейчас не могли.

— Ох, ты же, какие жирные поросятки нам попались, — выдвинулся из толпы бандитов невысокий крепыш, — Ребята, — весело оглядел он разулыбавшихся гнилозубыми ртами товарищей, — Никак покровители услышали наши просьбы.

— Идите дальше, — угрюмо сказала иск-магиня чуть выдвинувшись вперёд и демонстративно начавши делать свои магические пассы кистями рук.

— Здесь рыбы нет, — поддержал подругу попаданец, — Давайте так: мы вас не видели, вы — нас.

Надежда, что разбойники не рискнут атаковать, у Игоря в душе тлела — всё же на Земле в такие тёмные времена, как здесь, бросаться в бой с колдуньей могли только рыцари Круглого стола с ушибленными мозгами, а никак не лесные бомжи. Только вот в Орване магия была обыденностью, и боевые возможности одарённых здесь хоть и внушали уважение, но непреодолимыми не считались.

Главарь банды учёл расстояние, которое нужно преодолеть, чтобы добраться до намеченных жертв, и посчитал, что жизни пяти-шести подельников стоят той многообещающей добычи, что маячила за спинами четвёрки невезучих лесных скитальцев.

— Вперёд! Убьём их! — истошно закричал он.

Сам при этом, когда банда выполнила его команду, остался на месте, с ухмылкой приготовившись наблюдать расправу над врагом.

— Тания! — крикнул Игорь.

Однако, иск-магиня, похоже, уже научилась читать мысли своего друга — она метнула первый Огнешар не в набегавшую толпу, а в главаря. Тот, не ожидавший такой подлости, не успел полностью увернуться — заклинание с жутковатой вспышкой сожгло ему правое предплечье — и руководитель банды завопил звериным воплем, наполненным болью.

Его вой заставил дезертировать с поля боя сразу троих нападавших, включая лысую тётку — они вначале остановились, обернулись на жертву первого магического удара и метнулись вбок, под защиту деревьев.

За очень короткое время Тания успела метнуть точно в цели ещё три Огнешара, а Кольт — нет, всё же молодец мальчишка, не сдрейфил, хотя и стоял белее мела — всадил две стрелы в лицо и шею самого быстрого из бандитов.

Следом вступил в бой бывший унтер-офицер. Когда до пары набегавших на него разбойников оставалось три-четыре шага, он сам рванул им навстречу и, отбив щитом удар дубиной противника слева, ловко всадил острие своего меча в живот другому.

Дальше наблюдать Игорю было некогда. Оценив обстановку, он отбросил меч в сторону, извлёк свой верный нож и совсем не по правилам местных боёв бросился в ноги к первому своему противнику и, когда тот перелетал через него, разрезал ему правое бедро до самой кости.

Не вставая на ноги, следующего противника Егоров встретил ударом ноги в коленную чашечку. Не сломал, но остановил надёжно. Затем, взвившись в прыжке, пробил разбойнику ногой в голову.

Попаданец успел только заметить, как бандит — в явном нокауте — отправился в короткий полёт, как почувствовал резкую, режущую боль в левом плече и от её безумного нарастания потерял сознание.

— Какой же ты дурачок, Игорь, — сказала державшая его голову у себя на коленях Тания, — Когда Лойм уложил тех двоих, тебе надо было чуть подождать, пока на оставшихся я Сковывание кину. Забыл, что ли, как мы тех патрульных Роевских сделали? Честное слово, я бы тебя сейчас убила. Только мой резерв опять пуст, как твоя голова.

Попаданец обратил внимание, что у иск-магини красные глаза. Плакала, что ли? Тут он заметил и державшего его за правую руку Кольта, и стоявшего у него в ногах в направлении на солнце Лойма — светило находилось как раз за головой наёмника, и казалось, что бывший десятник в бою обзавёлся нимбом.