— Прошу меня извинить, — сказал между тем мой собеседник, углядев кого-то в конце обзорной площадки, за моим плечом.

Он распахнул крылья, — здоровые, побольше даже, чем у Чирвтика, чтоб ему икалось до посинения! — и порхнул вперёд, в стремительном полёте преодолевая расстояние, на которое ножками потратил бы минут десять, не меньше. Обзорные площадки на нашем стационаре большие.

Я увидела Даруха… Младший Типаэск летел именно к нему. Они взялись за руки, я видела, что оба рады встрече, а на диалог не надо было и телепатии, всё ясно и так.

«Жив, чертяка!»

«Да не дождутся от меня! Сам-то как?»

Я ушла. Что мне оставалось еще делать. И в пивнушке тоска — ограничение санпоровское на алкоголь всё ещё действовало. Впрочем, мог и продлить. В свете происходящего. Так что сидела я со своей кружкой и прямо слёзы как у того Гамлета: быть или не быть. В смысле, пить или не пить. Одной кружки мало. Но вторую я не получу. Так стоит ли вообще затеваться?

— Даже не надейся, — сказал Санпор, устраиваясь рядом. — Не получишь.

На меня напала тоска. Сейчас начнётся мозгоклюйство…

— Понимаю твои эмоции, Маршав, — серьёзно сказал он. — Но…

Сам себя оборвал. Что тут скажешь? Сочувствие хуже прямого выстрела в лоб, и Санпор прекрасно это понимал. Он положил ладонь мне на запястье, и я ощутила пришедшее от него ментальное тепло пополам с болью. Он искренне переживал за меня…

— А можно как-нибудь потом, после оставления следа в истории, вернуться обратно? — спросила я с внезапной надеждой. — А? Я же всё-таки навигатор. Ценный.

— Я предлагал, — вздохнул Санпор. — Беда в том, что инфосфера Земной Федерации крайне неохотно идёт на контакт с телепатами других инфосфер. По гражданской медицине взаимодействие наладить удалось… с оговорками… а военное сотрудничество на сегодня невозможно. Мне не рассказали всего, Маршав! И не расскажут, можешь мне поверить.

— Обидно? — полюбопытствовала я, возя кружкой по столу.

— Ещё как! — с жаром воскликнул он. — Если бы я входил в инфосферу Федерации…

— То служили бы не здесь, — продолжила за него я.

— Верно.

Я заглянула в кружку, и, внезапно обозлившись, одним махом залила в себя «асфальт». Легче мне не стало, но наплевать. Вот честное слово, наплевать!

— Ладно, док, — сказала я решительно. — Не переживайте за меня. Я не попрошусь к Чивртику в подручные и не пущу себе плазму в лоб. Слетаем в пространство Старой Терры… а там видно будет. Базовое время же. А будущее не определено, вы же сами втолковывали мне это не раз.

— Может быть, тебе удастся оставить статус наблюдателя…

Может быть. Только на кой он мне чёрт, такой статус, если звёзды уйдут из зоны доступа?! Я никогда не подниму корабль в атмосферу, не проведу его через гравитационные и хроно возмущения, не… К дьяволу, в пекло! Если думать об этом, то можно сойти с ума досрочно.

Мы поймаем банду. Вот что важно. Важнее всего! Ни одна сволочь больше никогда не похитит никого и ниоткуда. Чивртика с Амбалом повесят. Остальное неважно.

Даже если ценой окажется жизнь. Или память…

* * *

Даруха я подловила в оружейной. Дождалась, когда все разойдутся, окликнула. Он подошёл. Улыбался, глядя на меня с высоты своего роста: как же, сама позвала. Вот счастья-то. А я смотрела на него и понимала, что ничего ему я не расскажу. Никогда.

Вот ведь… мы не спали, мы даже не целовались ни разу, и долгое время я думать о нём без раздражения не могла. А теперь, когда нарисовалась перспектива жестокого, без вариантов, расставания, мне вдруг больно. Надо же. Проекции, да, доктор Санпор? Дарух казался мне сейчас похожим на Олега еще сильнее, чем раньше.

— Ты меня хотел, — сказала я. — Не передумал?

Он очень удивился. Можно сказать, прямо завис, я почти чувствовала, как ворочаются в его извилинах мысли пополам с изумлением.

Нет у нас никакого будущего. Вот и не надо за него цепляться. Весь мир сжался в точку «здесь и сейчас». Вырвать у судьбы хоть что-то… Сделать и пожалеть лучше, чем не сделать и жалеть, что даже не попыталась, всю оставшуюся жизнь, запертую в докосмическом двадцать первом веке Старой Терры.

— Что случилось, Маршав? — участливо поинтересовался он.