— Да, я уже подала заявку на ускорение судебного разбирательства, как вы просили, и у меня есть некоторые идеи о том, как мы можем подойти к предварительным ходатайствам.

— Превосходно. — элегантная пожилая женщина кивнула мне, и выглядела она так же хорошо, как объятие, прежде чем повернулась и наконец приподняла бровь, глядя на Итана. — Мистер Топп, в то время как Елена выполнила все это, вам удалось только отвлечь ее или вы завершили какую-то свою работу?

Итан покраснел так же ярко, как его медного волосы, пробормотал что-то про то, что он был занят, затем извинился и практически выбежал из кабинета мимо Яры.

Когда он ушел, Яра слегка улыбнулась мне.

— Требуется уверенная женщина, чтобы носить такую обувь, мисс Ломбарди. — она перенесла вес на одну пятку, демонстрируя свои высокие каблуки, черные бархатные туфли-лодочки от Джимми Чу.

Пораженный смех вырвался из горла, сорвавшись с моих губ.

Я не могла не улыбнуться ей, когда откинулась на спинку кресла.

— Я согласна.

Было непросто найти союзника, особенно влиятельного в ведущей юридической фирме Нью-Йорка. Большинство партнеров обращались с коллегами как с простыми фабричными рабочими, которые расхаживали по залам, как капризные диктаторы, а юристов часто поощряли натравливать друг на друга. Это было как в старшей школе: издевательства, сравнения и плачущие коллеги в туалетной кабинке были повседневным явлением.

Это ничто по сравнению с моим воспитанием в Неаполе, поэтому меня это не беспокоило, но я могла признать, что Яра только что расширила свою защиту. К концу рабочего дня все сотрудники в нашем этаже будут знать о тонком принижении, которое она передала Итану, и о признании, которое она подарила мне.

Я была в восторге от этого момента, поэтому не заметила сахарной улыбки Яры. И только когда она закрыла дверь в конференц-зал и вышла вперед, чтобы сложить руки на спинке стула напротив меня, у меня по спине пробежала легкая дрожь предчувствия.

— Я понимаю, что у вас рабочие отношения с прокурором О’Мэлли, — сказала она небрежно, хотя в тот момент, когда она произнесла эти слова, я поняла, что нет ничего случайного в том, куда она меня ведет.

Я моргнула.

— Я бы так не сказала, у нас было мимолетное знакомство.

Это преуменьшение.

Да, я впервые встретила Денниса в холле здания суда на Перл-Стрит два года назад, но он знал обо мне всю мою жизнь.

Это произошло потому, что, несмотря ни на что, он был лучшим другом моего отца-преступника, который вырос на улицах Бруклина.

Я все еще могла вспомнить выражение полного шока на его лице, когда он машинально протянул руку, чтобы поддержать меня, когда мы столкнулись плечами в переполненном зале, и то, как его рот сложился вокруг моего имени, с большим вздохом, чем звуком.

Елена Мур.

Это была не моя фамилия и уже много лет. Ни разу с тех пор, как Симус исчез вскоре после того, как Козима уехала работать в Милан в возрасте восемнадцати лет. Каждый из нас — за исключением Жизель, по неизвестным мне причинам — решил взять фамилию матери, потому что мама всегда была нашим единственным настоящим родителем.

Но пугало то, что он знал мою фамилию при рождении. Он казался еще более удивленным, когда я вырвалась из его хватки и повернулась в другую сторону, чтобы пройти по коридору, не подтверждая свою личность. В течение двух лет после этого он связывался со мной через офис, объясняя, что он «старый друг» Симуса и хотел бы пообщаться со мной.

Я ему так и не перезвонила.

Однако это не сильно его остановило. Он был юристом и в этом преуспел; мой отказ только усилил его возбуждение и превратил погоню в какую-то игру.

Но единственным выходом для меня было игнорировать его, что я и делала.

— Ну, когда мы ранее говорили, он дал понять, что вы знакомы. — взгляд Яры был оценивающим, когда ее взгляд скользнул по моим тщательно завитым волосам до плеч, по высокому воротнику замысловатой кружевной блузки и ярко накрашенных кроваво-красных губ. — Вы недавно расстались со своим партнером, если я не ошибаюсь?

Конечно, она не ошибалась. Яра знала обо всем, что происходило в фирме, а Дэниел, бросивший меня ради сестры, уже несколько недель был предметом сплетен у кулера с водой.

Тем не менее, я кивнула и слабо улыбнулась в ответ.

Она остановилась, по-видимому, обдумывая то, что, как я знала, она уже решила.

— Ну, поскольку мистер О'Мэлли, кажется, испытывает к тебе… любопытство, я думаю, было бы уместно, если бы вы лично подали наше ходатайство об исключении показаний.

Я моргнула, затем осмелилась высказать свое мнение.

— В надежде, что мои женские хитрости смягчат его?

Губы Яры сжались в подобии улыбки.

— Я считаю, что личное общение всегда лучше. Уходите после обеда, а затем загляните домой к мистеру Сальваторе, чтобы убедиться, что его электронный браслет правильно настроен.