– Он не заходил, – ответил Редий. – Во двор прошёл, отдал приказ заложить экипаж и уехал.

Господин Ранхаш молча отошёл от Майяри, повернулся к присутствующим спиной и уставился в окно. Всё затаили дыхание, стараясь не мешать главе жаанидыйского сыска собирать остатки спокойствия.

– Кто ещё пострадал?

– Господин Мадиш, но несерьёзно, – ответил Шидай. – Похоже, амулет был рассчитан на более близкий контакт, но Редий и Аший очень вовремя вернулись и у Майяри очень бойкие друзья.

– Благодарю, – скупо бросил харен, и никто не посмел почувствовать себя не польщённым. От господина Ранхаша волнами расходилась жутковатая атмосфера.

Но и она не помешала друзьям уставиться на Майяри с таким любопытством, что девушка неловко переступила с места на место. Подобравшаяся Род пихнула её было в бок, но харен резко развернулся и, опалив «соперника» взглядом, утробно зарычал. Девчонка испуганно отшатнулась и зашипела в ответ. Волк мгновенно взбесился и бросился к противнику.

– Прекратите! – Майяри схватила Ранхаша за руку и прижала её к своему животу. – Вы чего?

Дрожащий голос девушки привёл его в себя, и мужчина с удивлением посмотрел на вжавшегося в стену «парня», а потом и на перепуганную девчонку. Взгляд сразу притянулся к вновь потрескавшимся и искусанным губам, и непреодолимо сильно захотелось почувствовать их тепло и обвести зудящие ранки языком. Но нельзя, никак нельзя… Не здесь, не на глазах посторонних. Хотя, может, пусть видят?

Ранхаш с трудом отвёл взгляд и извинился:

– Прошу меня простить, госпожа Майяри. Похоже, я очень и очень, – он опять вскинул глаза на девушку, – ревнив.

Так и не поднявшийся с пола Мадиш многозначительно вскинул брови и, насмешливо искривив губы, посмотрел на подругу. Та помрачнела, уже предвкушая допрос.

– Госпожа Майяри, нам пора, – Ранхаш протянул девушке руку, и та поспешила её принять.

Чем быстрее они уйдут, тем меньше у друзей будет тем для пересудов.

– Хорошей и спокойной всем ночи, – пожелала Майяри.

– И тебе приятной во всех смыслах ночи, – пожелал Мадиш уже ей в спину.

– Но-но, молодой человек! – Шидай с наигранной строгостью погрозил ему пальцем и вышел из комнаты следом за охранниками.

– Это что сейчас было? – Род возмущённо сверкнула глазами. – Вы видели? Он едва не бросился на меня!

– Ты чего хотел, бравый кавалер? – ехидно поинтересовался Лирой. – Распускаешь тут руки на чужих женщин.

– Какие жен… – Род запнулась и потрясённо распахнула рот, мгновенно забыв о пережитом страхе. – Да ладно? Сам харен? Не может быть! Вообще не может! Он даже улыбаться не умеет, какая тут любовь? Да я от одного его взгляда инеем покрываюсь.

– Нет, ну сейчас у него глазища очень даже полыхали, – не согласился Эдар.

– Он мне не нравится, – категорично заявила Род. – Нашей Майяри нужен кто-то помягче и нежнее, а не эта статуя.

– А мне он нравится, – Мадиш опять разлёгся на кровати и закинул руки за голову. – Всё лучше, чем тот старик, который его лекарь. И мужик ответственный, такому подругу не страшно отдавать. Пусть забирает.

– Да какой ты после этого друг? – возмутилась девчонка.

– Лучший, – парень широко улыбнулся.

– И он ей совсем не нравится! Видели, как она на него смотрела?

– Род, – Лирой снисходительно взглянул на распалившуюся девчонку, – если бы он ей не нравился, то она говорила бы с ним совсем иначе и давно бы в челюсть двинула.

– А она только попискивает, жмурится и на нас испуганно смотрит, – хохотнул Эдар.

– Майяри миндальничать не будет. Она неугодных и слишком настойчивых кавалеров и в окна выбрасывала. О, смотрите, идут! – Мадиш приподнялся и прильнул к окошку.

Друзья навалились на его кровать – Эдар прихватил и сдавленно охнувшую Лирку – и прилипли к стеклу. Из комнаты открывался прекрасный вид на дорожку, тянущуюся к воротам, по которой вышагивала Майяри и её нетерпеливое сопровождение. Очень нетерпеливое. Через несколько шагов харен наклонился, подхватил девушку одной рукой под ягодицы и, подняв её, куда быстрее зашагал к экипажу. Лицо подруги недовольно искривилась, она затравленно осмотрелась и, заметив лица друзей в окне, закрыла собственные глаза ладонью, чтобы хотя бы самой не видеть творящегося беспредела.

Дверь хлопнула, и все мгновенно обернулись.

– Я что-то пропустил? – Викан осмотрелся. – А где Майяри?

Друзья переглянулись и хищно уставились на мужчину.

Ранхаш сдерживался из последних сил. Ревность – теперь он знал название этого жуткого тёмного чувства, нашёптывающего ему мысли об убийстве всех возможных соперников, – и волк вцепились в него с обеих сторон, и разум уже не хотел слушаться. Усадив Майяри в экипаж, на котором приехал настоящий Шидай, забравшись следом и дождавшись, когда за лекарем закроется дверь, Ранхаш со стоном схватился за голову.