Мне хотелось бы иметь в качестве партнера Денин. Она наиболее искусна в нашей семье, самая быстрая и гибкая, и так же точна в исполнении, как папа. Я никогда не пользовался этой системой в настоящей схватке: нам это запретили делать; можно только, чтобы спасти жизнь. На Эвдаше даже не знают о существовании искусства рук-ног, и это тут же выдало бы нас как чужеземцев.

Поэтому ближе всего к настоящей схватке с близкими контактами были бои с роботом, которого разработал и построил папа. Робота звали Люрт. Он был запрограммирован на самые разные движения в непредсказуемой последовательности, в основном в зависимости от того, что делали вы. Люрта можно было настроить на разные скорости, но он не мог ударить слишком сильно. А его повредить вообще было невозможно.

На четвертое утро еще до рассвета нас на месте встречи ждал Арно. Мы впервые прилетели на это место. И Арно был не один: с ним были три сержанта и один рыцарь. Арно хотел показать им нас, особенно посадку и подъем катера, чтобы они поверили, что мы существуем на самом деле и что он не сошел с ума.

Все они были в кольчугах и шлемах, как у Арно, с мечами, и все выглядели крепкими и опасными. Но я решил, что Арно с любым из них справится в схватке. Один из них, Брислью, был значительно больше остальных и казался невероятно сильным. Но в Арно было что-то, заставлявшее считать именно его самым опасным. И он, несомненно, был самым умным и лучше других владел собой. У каждого из них рукопожатие посильнее моего, а я дома считался очень сильным. Как и у Арно, ладони их правых рук сплошь покрыты мозолями. Вероятно, это от многолетней практики в обращении с тяжелыми мечами.

Нам не о чем было говорить с ними. Они приехали, чтобы убедиться в нашем существовании, а Арно уже рассказал им все, что считал нужным. После нескольких минут разговора мы с папой вернулись в катер и для демонстрации подняли его на двадцать футов. После этого они двинулись в очередной замок, а мы полетели в другое укрытие. Мы встретимся с Арно только через два дня, а время уходит, но теперь по крайней мере хоть что-то сдвинулось.

Бабба тоже привел рекрутов. На следующий день он не возвращался с ночной вылазки до середины дня. Я уже беспокоился о нем, когда, выглянув в окно, увидел его в пятидесяти футах. Он смотрел на катер, как будто посылал мысленный приказ открыть его.

А за ним, у самых деревьев, сидели четыре местных волка! Не такие большие, как Бабба, хотя один очень близок к нему по размеру. Серые, сравнительно с его рыжеватой шерстью, головы не такие массивные, как по размеру, так и по отношению к величине тела. Но в целом очень похожи на него.

Он увидел, что я открываю, и подошел к катеру. Я спустил трап, и он поднялся по нему.

– Привет, Ларн, - сказал он. И не стал дожидаться вопросов. Познакомься с моими друзьями, а они познакомятся с тобой.

У меня было чувство, что эта встреча важна для Баббы и что это весьма тонкое дело. Я догадывался почему. У местных волков тяжелый опыт контактов с людьми. Арно рассказывал мне об этом, когда я ему объяснил, что племя Баббы еще недавно было диким. Именно тогда Арно сообщил мне норманнское слово leu - волк, и другое - chien - их одомашненная собака.

Я опустился на колени и обнял Баббу. Мы начали бороться, и он повалил меня, и с минуту мы катались по земле. Мы и раньше много раз возились с ним так, но у этого случая была особая цель. Мы демонстрировали наше взаимное доверие и близость и то, что никто из нас не выше другого.

Родители услышали голос Баббы, но не знали, что он сказал, и выглянули из катера.

– Не съешь капитана, - сказала ему мама.
– Я ужасно расстроюсь.

Они с папой спустились по трапу, и мы с Баббой разъединились и встали.

– Клентис, Авен, - сказал Бабба, - я хочу, чтобы вы познакомились с четырьмя моими новыми друзьями.

Местные волки по-прежнему сидели у деревьев на краю поляны и внимательно смотрели на нас. Папа поднял обращенные к ним открытые ладони, чтобы показать, что у него нет оружия.

– Добро пожаловать, - сказал он. Слов они, конечно, не поняли, но мысль уловили.

– Они телепаты?
– спросил я Баббу.

– Да. Именно так они и приняли меня в качестве вожака. Мне даже не пришлось сражаться. Они прочли мои мысли и поняли, что я умнее.

– Ты их вожак?
– спросил я.
– Ты не собираешься оставить нас ради... гм... новой стаи?

Он улыбнулся.

– Здесь я буду проводить большую часть времени с ними. Это хороший народ, они интересны и могут помочь нам. Но вы моя стая, у нас больше общего. Когда вы улетите с планеты, я улечу с вами.

– Хорошо, - сказал я.
– А я немного беспокоился. А как они нам могут помочь?

– Они могут помочь захватить истребитель.

– В самом деле?

– Они не глупы и зря рисковать не станут. Не то, что собаки. Но если будет хорошая возможность и я их научу, они помогут. Вероятно.

– Но ты не уверен.

Бабба сделал то, что у него служит эквивалентом пожатия плечами, передернул шкуру на плечах. Не знаю, природный ли это жест сверхволков или Бабба придумал его сам, чтобы облегчить общение с людьми.