Работа над занни заняла у Ниты всю ночь и большую часть следующего дня. Она раскладывала органы по банкам с формальдегидом или в морозильные камеры, а затем до блеска вылизывала секционный зал.

Солнце уже встало, но усталости не ощущалось, поэтому Нита отправилась в свой любимый парк на скалах с видом на океан. Над скамейками, наподобие навеса, возвышались тропические кусты с большими колоколообразными цветами, а стену, которая защищала людей от падения с обрыва в сверкающие воды океана, украшала сине-белая мозаика. На скамейках лежали газеты: от бульварных изданий, анонсирующих, что «Пенелопа Альварес в возрасте сорока пяти лет выглядит на двадцать. Хороший уход за кожей или что-то более “сверхъестественное”?», до официальных источников с заголовками типа: «Должно ли Перу вступать в зону МПДСС? Преимущества и недостатки экстерриториальной полиции, занимающейся сверхъестественными существами».

Перу было одним из немногих южноамериканских государств, в которых не действовала МПДСС. На каждом континенте всегда оставалось несколько таких стран, поэтому торговцам на черном рынке было куда сбежать, когда полиция в конце концов их прищучивала. Кое-кто щедро платил политикам, чтобы такое положение вещей не менялось.

Нита уселась на скамейку подальше от других людей и, наслаждаясь тенью древесного дурмана, открыла свои медицинские журналы про сверхъестественных существ.

Иногда чтение этих изданий приносило разочарование, ведь Нита знала, что авторы ошибаются в некоторых вещах. Многие сверхъестественные существа были на виду, и их признавало мировое сообщество, но большинство по-прежнему скрывалось, опасаясь отрицательной реакции общественности. Поэтому, когда в журналах говорилось о том, что занни – единственный вид сверхъестественных существ, которые потребляют нечто нематериальное, например боль, Нита жалела, что не может рассказать миру правду: есть еще и такие создания, которые питаются воспоминаниями, сильными эмоциями и даже мечтами. Вот только МПДСС пока не признает их официально. Это ведомство уделяло много внимания антикризисным мерам и отчасти пыталось уменьшить проявления расизма и дискриминации против сверхъестественных существ, просто не рассказывая людям, сколько видов таких созданий есть в мире. И эти действия удерживали людей, подобных матери Ниты, от поиска информации об этих существах. Иногда.

Поглощая медицинские исследования, словно конфеты, Нита сидела в парке в тени дерева, пока не стемнело.

Когда она вернулась домой, ее встретил поток ругательств.

Нита кралась по коридору, чувствуя, как напряглись ее плечи. В гневе мать могла быть непредсказуемой. Нита уже не раз испытывала его на себе и не хотела, чтобы это повторилось. Но игнорировать маму было еще опаснее, поэтому она вошла в кухню, и от увиденного беспорядка ее рот открылся сам собой:

– Что ты делаешь?

Мать заправила за ухо прядь волос и криво улыбнулась. Пол вокруг нее был уставлен пустыми грузовыми ящиками, между которыми валялись упаковочные материалы: пузырчатая пленка и полоски пенопласта. На кухонном столе лежал пистолет, и у Ниты проскользнула мысль: «Что он здесь делает?»

– Я хочу, чтобы части занни отправили завтра. У нас появилось кое-что новое, и, честно говоря, эта квартира маловата, чтобы вместить все части. – Мать снова улыбнулась.

Нита не могла не согласиться. Ее «операционная» была уже переполнена, а ведь они препарировали всего одного занни. Для второго тела действительно не было места.

– Что-то новое, да? Я так понимаю, все прошло хорошо?

Мать рассмеялась:

– Разве с теми сверхъестественными существами, которых нет в Списке, когда-нибудь все проходило хорошо?

Из сверхъестественных существ, известных широкой общественности, отдельным списком были выделены «опасные сверхъестественные», которые жили, убивая людей. В странах – членах МПДСС истребление таких созданий считалось не преступлением, а «превентивной самообороной». Но убийство других – безвредных (как показывает опыт Ниты, большинство из существ были безвредны), которые не входили в Список, очень даже считалось преступлением.

Мать Ниты, как правило, привозила существ из Списка. Как правило. Но, вероятно, мама убила много незлых и неопасных созданий и продала их. Нита старалась не думать об этом, ведь как она могла повлиять на ситуацию? К тому же существа всегда попадали в ее руки уже мертвыми. А раз так, было бы стыдно оставлять их тела нерасчлененными.

Кстати…

– Что ты привезла? – спросила Нита, пробираясь через ящики к холодильнику. Добравшись до него, она вытащила остатки вчерашнего ужина и закинула их в микроволновку.

– Кое-что особенное. Я оставила его в секционном зале.

Нита почувствовала, как подрагивают ее пальцы; воображаемый скальпель в руке сделал скользящий разрез в форме буквы Y по воздуху. Девушка не могла дождаться медленного, расслабляющего вечера, когда она останется наедине с телом. Перед глазами уже стояли прямые линии разрезов и банки с органами, которые будут наблюдать за ней, словно необычные ангелы-хранители.

Нита вздрогнула от предвкушения. Иногда она пугала саму себя.

Мать покосилась на дочь.

– Должна сказать, его было трудно достать.

Нита вытащила ужин из микроволновки и села за кухонный стол.

– О, серьезно?

Мать улыбнулась, и Нита настроилась на интересную историю.

– Ну, поначалу все было не так уж сложно. Буэнос-Айрес – прекрасный город, и найти моего информатора оказалось легко, как и приобрести нашего нового… Даже не знаю, как его назвать.

Нита вскинула брови. Мать знала всех сверхъестественных существ. Это ее работа. Должно быть, существо очень редкое.