– И как улучшить можно?

– Я думаю, Проша, три налога следует отменить, оставив лишь один. Да и тот переработать и брать не "с добычи", а "с прибыли". Чтобы у рыбаков были деньги на новые лодки, сети и прочее.

– Понял, Саныч, тогда кажный захочет рыбу ловить и общая сумма начнёт увеличиваться. А почему чиновники на месте такое не удумали.

– Мне кажется, что самим чиновникам нет интереса что-нибудь анализировать, слишком много работы. А правил регионом король, который живёт далеко и не имеет возможности вникать в детали.

Поразительно, но сложные схемы налогообложения запутывали население, что снижало эффективность. В той же России случились два картофельных бунта, когда сначала государевых крестьян, а потом и удельных обязали массово выращивать картофель. И не в частых отравления было дело - они стали лишь поводом. Причина же оказалось в другом. Освобождённые от крепости мужики запутались в цифрах обложений с картохи. Продукт пока ещё незнакомый, урожайность неясна (в отличие от брюквы и репы), вот и потребовали вернуть нормальные корнеплоды, которые веками выращиваются.

– Олег Саныч, как думаешь, удастся сей Эмден в порядок привести? Чтобы, как у Андрей Андреича и у тебя было: ясно, понятно, без экивоков?

– Посмотрим, друже. Главное до конца года специалистов подобрать. Тогда добавим им взвод дружинников и отправим к эмденцам. Пусть перестройкой займутся, без ускорения, зато с пользой.

"Конец года" 1849 выглядел каким-то заколдованным - всё туда перетекало. Сразу несколько проектов просто невозможно начать раньше, всё приходится подготовить, особенно команды специалистов. Даже колымские бивни требовали согласований, а ну как РАК себе отберёт или министерство госимуществ земельные права не подпишет? Это когда в такой дали явная экономическая пустыня - то всем она по барабану, а как только нечто ценное нашлось, сразу конкуренты объявились. Ладно, для таких интриг есть Юнгвальт и Мальцов, слава богу. Правда, позавчера заехал Легостаев с газетой из Петербурга и принёс неприятное известие.

– Вот, Олег, что щелкопёр пишет: "Состоялась первая дуэль на новомодных револьверных пистолетах. Два кавалергарда в тайном месте стрелялись, пользуя по шесть зарядов. В результате, один ранил другого в руку. Пострадали двое присутствующих, которые тоже были ранены из-за промахов дуэлянтов. Сведениями с редакцией поделился один из зрителей дуэли".

– Ох, Андрей Андреевич, как бы теперь не запретили продажи, что думаете?

– Так я тоже волнуюсь, - согласился князь, - император очень не любит дуэли и дуэлянтов, а тут ещё наши револьверы применили, вместо одноразовых пистолетов. Отписал Мальцову на всякий случай.

Старко втайне радовался, что слил свой пакет акций Долгорукову. Не хочется из-за идиотов, явно не поделивших даму, а точнее право за ней волочиться, закрытия производства. Тем более, сейчас, когда король Ганновера просит помочь перевооружить пару сотен гвардейцев. Главное, что те же кавалергарды, через Мальцова-младшего, готовы ещё один заказ сделать. Целый принц Ольденбургский деньги выделяет под это. Олег сам поделился инфой о том, что американский оружейник Шарпс освоил выпуск своих магазинных карабинов. Теперь просят заказать у него сотню, хотя и сами могли бы это сделать, не маленькие. Ох, уж, эти "проторенные тропы", почему никто не хочет быть самостоятельным? Готовы лишних денег заплатить, лишь бы задницу от кресел не отрывать. И никуда не денешься - с принцами не спорят.

Мелочи жизни, оказывается, съедают много времени. Хочется в Калифорнию смотаться, да всё дела не отпускают. Хотя бы одним глазком взглянуть на "лихорадочных". На всякий случай, Старко затаривался всем тем, что может понадобится золотоискателям. Небось число их растёт, а уйма нужных вещей и инструментов пока не производится. Значит можно повседневные, но явно дефицитные там, ништяки, обменять на песок и самородки. Поди плохо воспользоваться моментом, когда корабль имеет две с половиной тысячи тонн грузоподъёмности?

Русская армия постепенно продвигалась по Словакии, отжимая венгров к юго-западу. Бартфельд-Прешау-Кашау. Двадцатипятитысячный венгерский отряд под командованием поляка Дембиньского отступил в северную Венгрию, в Мишкольц. Всё бы хорошо, враг отступает, мы наступаем, но в Токае случилась холера (зараза!). Скандал случился грандиозный. Медицинская методика Старко номер три, вроде соблюдавшаяся в экспедиционном корпусе весь поход, оказалась липой. Воду не кипятили, руки не мыли (ловкие интенданты продали большую часть запасов мыла). Паскевич рвал и метал, потому что прошляпил исполнение инновации, которая находилась под личным контролем императора. Кары, по законам военного времени, были жестокие. Никакие интендантские вопли о "детках по лавкам" и "родственниках, которые покроют уворованное" не помогли. Показательные короткие суды и казнь семнадцати человек. Один, даже полковничьего чина! Впрочем, болезнь не остановила корпус и русские добрались до Дебрецена.

В это время отряд Гёргея атаковал австрийцев у деревни Зигард в западной Словакии и откинул их к какому-то занюханному селению Перед (слава богу, что не Зад). Австрияки и здесь не смогли удержаться, пришлось вызывать дивизию Панютина. То ли немцы воевать разучились, то ли у венгерцев пассионарный подъём.

– Олег, у меня радость, Алёшу к Станиславу третьей степени представили!
– довольный князь, аж сиял от гордости за награду и от счастья, что сын уцелел и даже не ранен.

Ещё бы не радоваться, если под этим самым Передом именно панютинцы наваляли венграм так, что Гёргей кое-как спасся, сбежав. Восемнадцатитысячный отряд был наполовину снулён именно русскими с их стальными пушками, дальнобойными винтовками и штуцерами, и новой тактикой. Мало того, у одной дивизии имелось пушек больше (включая трофейные от предыдущей битвы), чем у всего венгерского корпуса (64 против 60).