— Сабрина, я бы остался тут с тобой навечно!

— Давай останемся, — предлагаю я с иронией.

— Мне нужно сказать тебе Кое-что. — У меня в груди что-то затрепетало. Боюсь я таких внезапных признаний. — Мне снова нужно уехать ненадолго по работе.

Я вопросительно смотрю на него, ожидая дальнейших объяснений.

— Я совсем не хочу тебя оставлять… — он тяжело вздыхает, — но постараюсь уладить дела быстро.

— Надолго? — мне совсем не радостно от этой новости. Испортил такой момент.

— На неделю.

— На неделю? — я приподнимаюсь на тахте и поворачиваюсь к нему.

— Да, может чуть больше.

— Ох, Марк. Скажи мне правду! У тебя есть жена и дети?

— Что? Нет — Марк рассмеялся, одновременно пытаясь меня приобнять. — Нет, солнышко мое, я клянусь тебе, — он кладет руку на грудь, — клянусь, кроме тебя у меня никого нет и не было никогда!

— Тогда зачем все эти твои загадочные исчезновения?

— Ничего не загадочные! Не придумывай! Обыкновенные деловые поездки!

— И куда ты уезжаешь на этот раз?

— В Чикаго.

— Оу, Чикаго — город ветров!

— Да, ты была там?

— Нет, я нигде кроме Нью-Йорка не была.

— Значит, как-нибудь, мы съездим туда вместе!

— Обещай хотя бы, что будешь звонить и писать мне часто.

— Ну, — он обхватил ладонями мое лицо, — я не могу обещать, что буду тебе звонить или писать каждый час. Но я обещаю, что когда я вернусь, ты будешь только моей столько, сколько мне этого потребуется!

— А как же мои силы? — Я изумленно смотрю на него.

— Ты как раз наберешься сил за эту недельку, потому что сегодня они у тебя кончатся полностью! — Он положил меня на тахту и залез сверху. Он снова стал целовать меня, а я обхватила его талию ногами. На этот раз получилось страстнее, но дольше, чем раньше. Это особое ощущение, что мы занимаемся любовью прямо под звездами на фоне мерцающего огнями Нью-Йорка, придавало некую остринку к процессу. Я старалась насладиться каждой секундой, потому что неизвестно, повторится ли подобное еще когда-нибудь. Марк двигался очень нежно, и, наверное, успел кончить дважды, пока я достигла своего первого в жизни наивысшего момента.

— О, детка! Я не могу остановиться! Мне хочется тебя еще и еще!

— Марк, ты можешь продолжать, любимый. Я вся твоя!

***

— Когда ты уезжаешь? — спрашиваю я его, когда он вернулся с пледом с каюты и укрыл нас двоих.

— Сегодня ночью.

— Сегодня? Но уже ночь!

— Самолет в три сорок. Я еще успеваю. Сейчас только полночь.

Я откидываюсь назад на тахту полностью ошарашенная новостью.

— Тебя заберут прямо отсюда? И я останусь на яхте одна? — предполагаю я, учитывая лимиты нашего времени.

— Ну что ты! Детка! Я сам тебя отвезу домой и поеду в аэропорт.

— Тогда нам стоит поторопиться! — я засуетилась на тахте.

— С тобой я не хочу никуда торопиться! — он снова обнимает меня, тянет обратно вниз и целует. Но на этот раз я толкаю его на тахту и забираюсь сверху. Марк накидывает на мои плечи плед.

— Моя очередь, — тихо шепчу ему я на ухо и глажу руками его тело.

— О, моя девочка осмелела! — хихикает он. Его шуточки только подбадривают меня. Он еще не знает, на что я способна! Но, на самом деле, оказалось, что это очень сложно, требует много физических сил, которые у меня уже давно иссякли. Еще и занятия шейпингом подорвали мои мышцы. В итоге завершать начатое пришлось все-таки Марку.

Через час мы вернулись к пристани. Я собрала все наши вещи в каюте и навела там порядок: убрала мусор, застелила кровать, сложила выдвижной столик и пододвинула стульчики.

— Домохозяйка! — слышу я за своей спиной. Я обернулась на его голос. Марк все это время наблюдал за мной.

— После себя нужно оставлять порядок.

— Моя хозяюшка! — Марк спустился ко мне и взял за руку. — Нам пора, я уже припарковался, — он засмеялся и взял пакеты с пола, но тут же поставил их обратно — Снаружи так холодно, ты замерзнешь в шортах и футболке!

— Прям! Я успею добежать до машины! — Марк вытащил обратно из шкафчика плед и обернул меня им.

На пристани нас уже ждал тот мужчина, у которого Марк арендовал яхту. Он пристально посмотрел на меня, пока Марк пожимал ему руку и давал чаевые за столь позднюю сделку.

— Нам нужно будет вернуть им плед? — спрашиваю я, усаживаясь в машину.

— Нет, я сказал, что это наш плед! — спокойно говорит Марк и закрывает дверь машины.

Ну, класс! Что сказать, его наглости нет предела!