— Неправда. Почему все считают, что со мной вечно происходят какие-то нелепые истории?

— Так ведь происходят же. Еще кусочек?

— Да, что касается пиццы, но нет, что касается Игорька. Это большая ответственность, Эрик, и я не готова взять ее на себя.

— Это всего три дня! С утра я сам выпровожу его на учебу. И он очень самостоятельный, может приготовить бутерброды или омлет, тебе не придется целый день стоять у плиты.

— Мне его даже положить негде.

— Он прекрасно поспит на диване. Я принесу его подушку и одеяло. Все, что от тебя требуется, — проследить, чтобы он делал домашнюю работу, чистил зубы и спал по ночам. Разве это звучит сложно?

— Звучит — несложно.

— Значит, ты согласна?

Видимо, жир и соль усыпили мою бдительность, потому что неожиданно я дала согласие, хоть и понимала, что Деструктор далеко не так прост.

Ночью мне приснилась Ирина, которая рассуждала, что вся еда хороша, но некоторая не так хороша, особенно если это пицца и ты ешь ее на ночь.

В среду официально стартовало лето, но в моей душе царил февраль. К четвергу Эрик решил проблему со своей кухней, переместив часть компьютеров в мою квартиру. Периодически он наведывался, раскручивал один из них и ползал вокруг по полу. Я не обращала на это внимания, полностью сосредоточенная на своем офисном выживании.

Базе данных не было конца и края. Наверное, в будущем я постигну дзен, но пока мне оставалось только утешать себя тем, что меня хотя бы не заставляют придавать сугробам квадратную форму или перетаскивать бревна с одной половины поля на другую. Зашуганная до такой степени, что уже и не знала, кому улыбаться, я дотянула до шести вечера пятницы и бросилась вон из Замка, опасаясь, что моя феодалка объявит преследование.

Добравшись до своей квартиры, я очень удивилась, увидев Деструктора, сидящего на моем диване и небрежно листающего «Соблазненную девственницу».

— Что ты здесь делаешь?

— Теперь я живу у тебя.

— А, точно, — лучше бы он сказал «временно» или «пока поживу», а то даже как-то тревожно.

— Секс в жизни совсем не такой. Зачем они пишут неправду?

Вот, начинается. Помнится, кто-то мне говорил, что будет несложно.

— Откуда ты знаешь, какой секс в жизни?

— Нашел у папы в компьютере… обучающее видео.

Я вздохнула. Этого Эрика убить мало.

— Ну, писательницы пытаются приукрасить действительность.

— Для тех, кто это читает, само наличие секса уже означает приукрашенную действительность.

На минуту я потеряла дар речи. Деструктор смотрел на меня холодным мрачным взглядом без тени улыбки на губах.

— По результатам исследования, — выдавила я, собравшись с духом, — женщины, предпочитающие любовные романы, как правило, успешны в личной жизни.

— Авторы этого исследования, наверное, и не слышали о статистической выборке, валидности и критерии Стьюдента.

— Э-э, — протянула я, припоминая о критерии Стьюдента только то, что мы проходили его в университете. — На ужин пюре с котлетами или вареники?

— Мне все равно.

— Все равно так все равно. Поставь, пожалуйста, книгу на полку. И больше не трогай. Это литература для взрослых.

— Взрослые читают Маркеса и Кафку, — буркнул Деструктор. — А это ерунда для школьниц.

Черт! Он меня уделал! Я еще сохраняла душевное равновесие, но затем Деструктор посоветовал, заметив тоненький томик «Познакомиться и понравиться»:

— Тебе нужна книжка потолще на эту тему.

И мое терпение лопнуло. На работе достали, так еще какой-то мальчишка будет меня шпынять!

— Игорек, нам предстоит провести выходные вместе, и я требую, чтобы ты относился ко мне с уважением.

— Ну да, — он поник. — Я обещал папе, что не буду грубить и буду тебя слушаться.

— Вот и выполняй обещанное.

— Возьми, — Деструктор протянул мне ключи от квартиры Эрика и клочок бумаги с номером его телефона.

После того, как Деструктор с пресным видом склевал свой ужин, с отвращением косясь на телевизор, где как раз шел мой сериал, я поинтересовалась, что ему сегодня задали в школе. Может, это не мое дело, но я чувствовала ответственность.

— Так лето же началось. Какая школа?

— А, да… нет, стой. Я точно помню, что Эрик просил убедиться, что ты сделал домашнее задание.

— Паршивый логико-математический лагерь, — угрюмо буркнул Деструктор, возвращаясь из коридора со своим рюкзаком. — Весь июнь в помойку. Еще и на дом задают. За что мой отец так меня ненавидит?

— Все, лишь бы помешать тебе зарыться в гаджеты, Игорек.

— Вот тетрадь. Домашка сделана, не парься.

— Я проверю.

— Папа никогда не проверяет мою домашнюю работу. Только заглянет, сделал я ее или нет.