Неизвестно из-за чего, но это вдруг рассмешило её нового знакомого.

– Ну да, – сказал он с улыбкой, – всем нравится именно так меня называть.

Ольга так и не поняла, что в этом смешного. Всех Дмитриев обычно зовут Димами.

– Так что с тобой случилось? – по-дружески спросил он.

Ольга отвернулась от него и промолчала. Парни никогда не обращали на неё внимания, то ли из-за того, что она слишком высокая, – в начале средних классов она была на голову выше одноклассников, именно тогда её начали дразнить, – то ли потому, что она никогда не одевалась как другие девчонки, никогда не была нарядной, не красилась. Даже Арсений видит в ней не больше чем друга. С чего бы этому обращать? Разве что из жалости.

– В семье проблемы, – коротко ответила она.

– Какие проблемы? – не унимался Дима.

Ну почему бы ему не рассказать?

– Отец бьёт.

– Так уйди из дома. – Дима произнес это так, словно дело было пустяковое.

– Куда же я уйду? – растерялась Ольга. – Мне некуда. У меня нет других родственников.

– Тогда убей отца, – выдал Дима ещё одну ошеломляющую идею.

Ольга открыла было рот – хотела возмутиться, но не стала. На самом деле она не раз, сидя в своей комнате и глотая слезы, размышляла о том, как возьмёт на кухне нож, самый острый и заточенный из тех, что у них есть, тихо проберётся в гостиную, где на нерасправленном диване спит в похмельном забытье отец, и покончит со всеми мучениями. Но всякий раз эти мысли пугали её. Она бы никогда не стала…

– А что потом со мной будет?

Дима кивнул, но его губы растянулись в улыбке, будто во всем этом было что-то забавное.

В доме напротив на первом этаже погасили свет. Наверное, было уже поздно.

– Я пойду домой, – произнесла Ольга, возвращая Диме его куртку.

– Давай встретимся завтра, – сказал он вдруг.

– Зачем? – осторожно поинтересовалась она.

– Погуляем, расскажешь о себе, выпьем кофе.

– Я… я не знаю, – растерялась Ольга. – Я… Мне… надо идти.

Она заторопилась домой, чувствуя, как сильно стучит в груди сердце.

– Я буду ждать тебя завтра на этом же месте в семь! – беззаботно крикнул Дима ей вслед.

Ольга пришла домой удачно: отец спал. Она проскользнула в комнату и, раздевшись, залезла под одеяло в холодной кровати.

В квартире было тихо, но по-прежнему гадко. Однако что-то изменилось. Рука и бок до сих пор болели, но, несмотря на это, Ольга ещё никогда не засыпала с таким лёгким сердцем.

Новость о том, что «тот самый» Арсений встречается с новенькой из десятого «А», облетела школу ещё в тот день, когда пара впервые переступила школьный порог. Аня смущалась, но не показывала виду, Арсений развлекался от души, изредка бросая взгляды в сторону Инны, если та вдруг попадалась им навстречу.

С неделю это известие обсуждалось со всех сторон. Потом интерес поугас, и всего через две недели после памятного дня уже мало кого волновали эти любовные дела.

Сентябрь не радовал теплом и светом. Учебные будни следовали один за другим, и вскоре стало казаться, что лета и не было вовсе.

Арсений не переставал заходить за Аней перед занятиями и провожать после, отчасти потому, что ему нравилось дразнить Инну, а отчасти потому, что с Аней всегда было интересно поболтать и идти им было по пути. Она не возражала.

Как он и обещал, Арсений познакомил её с Игорем. Тот предложил ей приходить на репетиции. Аня с радостью согласилась. К осеннему балу старшеклассников они уже собирались петь дуэтом. Ко всему прочему, у него и Игоря начались тренировки по лёгкой атлетике. Скучать не приходилось.

Дома было неспокойно. Его мать проводила отпуск за бесконечными генеральными уборками, и Арсений считал дни до её отъезда на воды.

Придя пятничным вечером домой после тренировки, Арсений застал её за очередным занятием. Теперь она разбирала шкаф в гостиной: выгребла оттуда все коробки с обувью и теперь с большим размахом проводила ревизию.

– Мам, я дома! – крикнул Арсений из прихожей, сбросив рюкзак и стягивая кеды.

– Привет, дорогой, – рассеянно отозвалась она, не отрываясь от своего занятия.

– Пахнет вкусно. Что на ужин?

– Макароны с сыром. Извини, больше ничего не успела.

– Макароны с сыром – наше всё!

Он устроился обедать прямо в гостиной на диване, пока мать решала, что из обуви выкинуть, а что оставить.

– Надо же, а я про них и забыла, – бормотала она, примерив туфли. – Надену их сегодня. Как тебе?.. Сеня! Я же просила тебя есть на кухне.

– Я хотел посмотреть телевизор.

– Не накапай только, я вчера весь день диван чистила.

– Ага, – рассеянно ответил Арсений, отправляя в рот вилку. Капля подливы изящно слетела с его губ и шмякнулась о подлокотник.