Папенька тут же нахмурил кустистые брови, а его усы хищно ощетинились:

– Мадмуазель, позвольте узнать, откуда у вас такие невероятные сведения?

– В газете прочитала! – уверенно ответила гувернантка, но заметив, как брови еще сильнее сошлись на переносице, тут же попыталась оправдаться:

– Я взяла их из корзинки с прочитанной прессой. Но если вы возражаете, я больше этого делать не буду, - при этом мадмуазель побледнела, нервно сцепила свои худые пальцы и бросила в мою сторону такой взгляд, словно именно я была средоточием всемирного зла.

Брови папеньки разъехались по сторонам, а усы пришли в нормальное спокойное положение. Большая гроза миновала. Его последующие слова подтвердили это:

– Да читайте ради бога! Только ребёнку голову не забивайте всякими газетными выдумками. А ты, Мари, - последние слова были сказаны уже в мой адрес, - не волнуйся. Филипп достойный жених. Я за абы кого тебя отдавать бы не стал.

– Ты с ним лично знаком? – не удержалась я от вопроса.

– Знаком! – отец утвердительно кивнул. – И ничего плохого в нем не увидел. А то, что пьяный…

На этих словах он глубоко вздохнул и добавил:

– С мужчинами такое иногда случается. Подумай, какое платье ты хочешь на свадьбу, и что вообще желаешь к столь знаменательному событию!

Возможности возразить или озвучить мысли он мне не дал, просто захлопнув двери перед носом, считая, что я немного остыну и приму то решение, которое нужно ему. До этого дня такая тактика срабатывала. Отец знал о моем взрывоопасном, но отходчивом характере. Боюсь только, не в этом случае. С Филиппом Раальским не ему жить, а мне мучиться.

– Принцесса, вы чуть меня не подставили! – из мыслей вырвал возмущенный голос гувернантки. Меня всегда смешило, когда она употребляла словечки, присущие молодому поколению. Видимо, таким образом хотела быть ближе ко мне.

– Прости, Мисси! – я порывисто обняла её, а затем покаянно склонила голову. – Осознаю всю глубину своего позора, раскаиваюсь и прошу у тебя прощение!

– Ох, Ваше Высочество, опять ведь врете! Вашу бы фантазию да на благое дело! – лицо женщины стало грустным, и она покачала головой. Даже не с осуждением, а, скорее с материнским сочувствием. – И что будешь делать?

Изредка, в моменты особой душевной близости, мы переходили на ты.

– Даже не представляю! Хотела бы сказать, что замуж за него не пойду, только с моим отцом это практически невозможно. Может, ты мне что-то посоветуешь?

– Прости, но просить совета в семейной жизни у старой девы? Я даже свою семью построить не смогла, что говорить о других?

– Так, а кто у нас хороший семьянин? – я стала перебирать всех родственников и знакомых, пока не вспомнила о старшей сестре. Я была моложе Ириды на двенадцать лет. В обычной жизни мы с ней практически не общались, слишком велика была разница в возрасте. Но, думаю, в совете она мне не откажет. – Решено! Завтра мы с тобой едем в гости к Ириде. Должны же старшие сестры помогать младшим?

– Боюсь, она против вашего папеньки тоже не пойдет, несмотря на титул и замужнее положение! – Миси философски пожала плечами.

– А я и не прошу! Просто она мне даст совет, как бескровно избежать этой ситуации.

Утром я поставила папеньку в известность, что уезжаю к Ириде. Он воспринял мое решение благосклонно:

– Хорошо, она женщина взрослая, со вкусом. Поможет тебе с приданым и свадебным платьем.

 После обеда мы с гувернанткой уже сидели в экипаже, везущим нас в маленький городок Лизон, расположенный между столицей и границей с Раальской империей, где жила чета герцогов Митю.

Ирида была удивлена моему неожиданному визиту, хотя искренне обрадовалась. Все же, когда твой возраст приближается к 20 годам, разница со старшими сестрами стирается.

– Маняша, каким судьбами! – приветствовала она меня детским прозвищем. – Я тебе очень рада, просто несколько неожиданно! Добрый день, Мисси!

Гувернантке досталось лишь сухое приветствие. Сестра все-таки была немного снобом. Но не мне ее учить. Компаньонка присела в легком книксене и застыла бессловесной статуей. Это была ее излюбленная защита от тех личностей, которые прислугу не считали за людей. Хотя она к дворовым тоже относилась несколько свысока.

Ирида приобняла меня за плечи и повела в дом, предоставив гувернантке возможность самой искать дорогу. Мы гостили у четы Митю не первый раз, поэтому я надеялась, что Миси не пропадет и обустроиться с достаточным комфортом.

– Что тебя привело к нам так внезапно? – снова спросила Ирида. – Только не нужно отговариваться родственными чувствами. Я же догадываюсь, что компания престарелой сестрицы тебя уже не прельщает.

Сестре перевалило за тридцать, и она болезненно воспринимала начало своего неизбежного старения, хотя на ее холеном лице пока не было ни морщинки.