— Ньёрн, — уверенно сказала я, хотя до этого хотела назвать сына совсем другим именем.

Флайдин вздрогнул. Я не понимала, чего больше в его эмоциях: счастья, горечи, надежды?

— Только не говори, что ты не видишь сходства, — после долгой паузы сказала я.

— Вижу, но боюсь, что с этим именем он повторит нелегкую судьбу моего отца.

— Не повторит! Он вырастет достойным и мудрым. Таким, каким был твой папа.

Муж крепко обнял меня и тихим, надтреснутым голосом сказал:

— Спасибо.

Воспоминания совсем не потускнели за девять с половиной лет. Казалось, Ньёрн родился совсем недавно, а между тем, у него уже появилась магия. Способностей ему досталось в равной степени от обоих родителей. Магия огня от Флая и ментальная — от меня. Если так подумать очень опасное сочетание. Однако Ньёрн, несмотря на юный возраст, ответственно относился к учебе. Наш мальчик освоил обязательную начальную подготовку по немагическим предметам, тренируется с отцом и учится контролировать магию.

Когда я спустилась в гостиную, где мы обычно завтракали, сын пересказывал случившуюся недавно историю:

— Даг мне говорит: «Тогда подожги вон ту тряпку на заборе, никакого вреда не будет!» но зачем поджигать? Я пока не владею огнём настолько, чтобы поджечь только тряпку, а не весь забор. А он начал кричать, что я — обманщик, и все придумываю. Вот мы и подрались.

— А кто такой этот Даг? — поинтересовался супруг.

— Сын начальника городской стражи, — вмешалась я.

— Надо его отца пригласить к нам потренироваться, да и этого Дага тоже, а то сын начальника, а драться не умеет, — решил Флай. — Заодно и научить его правилам безопасности.

Время от времени мы приглашали гостей, и некоторых Флайдин, как говорится, проверял. На самом деле, эта традиция сложилась случайно. После нашего брака местные аристократы зачастили в гости. Большинство этих дам-бездельниц и дельцов, которым нужно было только выгодное назначение, хотелось выгнать из замка взашей, но этикет не позволял.

Когда один из навязчивых господ начал наседать на Флая, убеждая его в том, что на должность главного судьи Мистарна нужно взять именно его, муж прямо на глазах у изумленной публики опросил кандидата и констатировал, что тот никуда не годиться. Тут же задал пару вопросов одному надоедливому хлыщу, который занимался налогами, и снял его с занимаемого поста, ввиду несостоятельности. Еще паре гостей пообещал, что пришлет комиссии, которые проверят, на соответствие должности. Нужно ли говорить, что на следующий день у всех нашлись более важные дела, чем гостить у нас в замке?

Теперь приглашение к нам расценивалось, как проверка на состоятельность. В кулуарах шептались о том, что мы чудовищно негостеприимны. Некоторые матроны требовали от меня оказать влияние на мужа, но что я могу сделать? Он — страшный дроу, а я — несчастная жертва.

– Доброе утро, мам! — отвлек меня от воспоминаний Ньёрн.

— Доброе, сынок.

Флайдин кинул на меня горячий взгляд. Да, сегодня, наверное, уже можно. Целая неделя прошла после родов. Целитель разрешил. Надо только дождаться вечера. Долго. Может, уединиться прямо после завтрака?

Вот как у него получается? Один взгляд — и я готова из платья выскочить. Уже десять лет в браке, а чувства не остыли. И не остынут, в этом я уверена.

Быстро позавтракав, Ньёрн убежал на занятия, а мы остались одни. Только я поближе подсела к мужу, в комнату постучался посыльный.

— Вам письмо от леди Окханской, — чопорно доложил слуга, — на конверте печать княжества.

Значит, что-то важное. Александра не ставила на обычные свои письма княжеские печати. Я быстро распечатала конверт, и вчиталась в строки. Ох, и ничего себе! Вот это новости!

— Что там? — муж заглянул через плечо.

— Приглашение на коронацию. Александра отрекается от престола в пользу сына. Княжичу уже двадцать два, пора занять трон. Хотя странно, он ведь должен закончить обучение летом, а передача власти планировалась следующей осенью. — Я задумчиво потерла лоб.

Александра хотела организовать коронацию сына, когда Утеру исполнится восемнадцать лет, но наследник выторговал для себя несколько лет свободы. Княгиня решила, что будет правильнее, если сын окончит магическую академию и только потом примет бремя власти.

— Посмотри на сроки, — обратил моё внимание муж. — Коронация Утера всего через месяц.

— Да, как-то слишком внезапно. Уж не заболела ли княгиня?

Что-то поменяло планы подруги. Неужели она оставила меня без письма? Я заглянула в конверт и выудила обычный лист для записей. По сравнению с толстой гербовой бумагой он был совсем незаметен, неудивительно, что я сразу его не обнаружила.

— Княгиня не заболела, она забеременела, — прочитав первые несколько строк, сообщила я, — Пишет, что через несколько дней после коронации пройдет церемония бракосочетания. Все скромно.