— Всё нормально! Всё нормально! — успокаивал Зной, — Шрам, трави потихоньку.

Шрам нехотя начал отпускать верёвку, и они потихоньку стали подниматься вверх. Вот они уже выше ангара. Вот ещё выше, теперь уже видна практически вся часть как на ладони.

— Очень хорошо, — дрожащим голосом сказал Зной, когда весь запас верёвки закончился. Ветер сместил их в сторону моря. Верёвка натянулась. Зной взял бинокль Шрама:

— так мы практически на нужном курсе, — радостно вскрикнул он.

— Таааааа…

Услышали все трое странный звук.

— Что это за хрень? — не понял Зной и обернулся к Шраму и Иве. Лица у тех были не на шутку испуганы. В следующий момент в лейтенанта врезался кусок искорёженного металла, острые края которого буквально вырвали из него кусок мяса с правого бока. Хлынула кровь. Ива увидела белую кость ребра. Зной тяжело выдохнул, глаза его были широко раскрыты. Он открыл рот, пытаясь что–то сказать, но закатив глаза, рухнул вниз. Звонко хлопнули несколько зондов.

— Шрам! Режь канат! — закричала Ива.

Она прижалась к забрызганным кровью доскам. Шрам одним движением отрезал канат. Их воздушное судно начало быстро подниматься и ведомое ветром уносилось в сторону ручья. Шрам припал к доскам, одной рукой обнимая Иву, второй прижимая баллон с пропаном. Ещё один кусок раскружённого металла протлел рядом, задел несколько шаров. Послышались хлопки и поддон чуть накренился. Подъём вверх прекратился. Теперь они просто летели на высоте не более 30 метров.

— Тварь! Чтоб ты издох! — заорал Шрам.

Он подполз краю и посмотрел вниз. Табоцер разрывал какую–то машину, чтобы добыть ещё кусок металла. Мысли в голове Шрама путались, одно хорошее попадание по зондам и они рухнут на землю. Неожиданно на территорию части на бешеной скорости влетел грузовик. Резко развернувшись к монстру задом. Из кабины вывалился одноногий, он прокатился вдоль кабины и дал длинную очередь из автомата. Потом лихо залез на раму.

— Я готов чучело, — сквозь зубы прорычал Бурый.

По белой броне Табоцера пронеслась очередь бронебойными.

— Дух, дух, дух, дух — пушка послушно выплевывала заряды. Град мощных ударов обрушился на броню. И Табоцер дрогнул. Белые пластины брони после нескольких попадании в одно и тоже место стали крошится, и отлетать. Из–под них хлынула темно алая кровь, окрашивая броню. Табоцер заревел, подняв свою клыкастую башку вверх. Он прикрылся рукой, защищаясь от града пуль.

— Что тварь не нравится! — заорал Бурый.

— Дух, дух, дух, дух, — работала пушка.

Очередь оторвала обе плетки, с локтя монстра превращая конечность в кровавое месиво.

— Это тебе за мою ногу!

Табоцер развернулся и пошагал к грузовику.

— Ива, сбрасывай, всё, что можно вниз, нам надо подняться выше, — крикнул Шрам.

Тут же вниз полетели мешки с вещами, оружие и один балкон с пропаном. Второй Шрам крепко прижал к себе. Они стали подниматься, но медленно и не очень высоко.

Пушка замолкла. Бурый выпустил все 500 патронов. Шрам видел как Табоцер мощным ударом сложил тягач пополам. Грохнули баки, с остатками горючего и машиной объяло пламенем.

— Спасибо, Бурый, — прошептал Шрам.

Монстр стоял, истекая кровью, правая рука безжизненно болталась. Шрам снова увидел его горящие синим пламенем глаза. Постояв с минуту, Табоцер пошёл за улетающими Шрамом и Ивой.

— Он за нами идёт, — Ива с трудом сдерживалась от истерики.

— Успокойся, прошу успокойся, Шрам обнял её, — мы высоко, он не достанет.

Они подлетели к ручью, ветер усилился, подгоняя их зондолет. Монстр, не отставая шёл за ними. Было видно, что он серьёзно ранен и ему тяжело, но добить было не чем.

— Ручей, — Ива радовалась, за ним море, — мы дотянем. Мы же дотянем?

— Конечно Ива.

Они сидели, обнявшись на деревянном поддоне, пролетая над ручьём. Вот уже и береговая полоса, даже видно хижину Розы. Лодки нет, значит, она в море. Табоцер в ручей не зашёл.

— Думаешь, он сдох? — спросила Ива.

— Надеюсь на это. Бурый его здорово потрепал.

Вдруг чернота мёртвого кластера расступилась и к морю вышла громадная белая фигура монстра. В его здоровой руке был кусок искорёженного металла от тягача. Табоцер швырнул его в сторону зондолета. Ива и Шрам как в кино с замедленным действием с ужасом смотрели на летящую в них смерть.