Головная боль уже была невыносимой. Казалось вот–вот и голову разорвёт на части. Мышцы были словно из свинца. Ноги переставали слушаться. В этот момент трос натянулся, не давая идти дальше. Большим усилием воли Шрам повернул голову назад. Упал Зной. Ива, медленно еле передвигая ногами, поравнялась со Шрамом.

— Тащи, — прохрипела она.

Они вдвоём перекинули трос через плечо и потащили Зноя за собой. Калаш и вещмешок пришлось бросить. Передвигалась шаг за шагом, из последних сил таща за собой бесчувственное тело. Шрам уже видел границу черноты, осталось метров двести не больше.

— Надо идти, — стиснув зубы, твердил Шрам.

Всё его внутренности горели огнём. Каждый новый шаг отзывался жгучей болью в каждой клетке его тела. Ива вдруг положила ему руку на плечо и тут же рухнула без сил. Шрам попытался сделать шаг, но тащить двоих он уже не мог. Упав на четвереньки, он понял, что сейчас потеряет сознание. Но всё же сделал усилие и с большим трудом продвинулся на метр. Черная пелена застилала глаза. Мышцы больше не слушались, но он сделал ещё усилие и ещё продвинулся на метр. Желудок снова скрутило и его вырвало зелёной слизью. Какое время он стоял на четвереньках не подвижно, потом протянул руку вперёд и уцепившись за черную землю продвинулся ещё на метр. И ещё. И ещё.

— Надо, — он понял, что даже говорить у него уже не было сил, но продолжал карабкаться вперёд. Рука коснулась мягкой зелёной травы. Чистый воздух наполнил лёгкие. Шрам издал вопль и уже ползком полз по траве, подтягивая за собой Иву и Зноя. Только убедившись, что его друзья больше не в чёрном кошмаре, он улыбнулся и потерял сознание.

— Шрам! Ты слышишь меня Шрам! — голос Ивы вырвался в сознание каким–то глухим эхом. Словно из глубокого колодца.

— Очнись же!

Ива хлестала его по щекам, приложив к губам флягу с живчиком. Шрам вздохнул и открыл глаза. Всё вокруг было черно. Он сделал глоток.

— Мы умерли? — прохрипел он глядя вверх.

— Нет же, нет! Ты нас вытащил, — Ива рыдала, — ну же, пожалуйста, приходи в себя. Она гладила его то по лбу, то по щекам. Шрам, миленький, — не переставала она плакать.

Шрам почувствовал, как тёплые капли её слез падают ему на лицо. А потом он увидел звезды. Это просто ночь! Просто ночь, понял он.

— Я в норме, — кое–как проговорил он. Ива упала ему на грудь и пролежала плакать, но теперь уже радуясь, что он жив.

Когда Шрам проснулся, солнце было уже высоко. Ива и Зной не спали, он услышал их голоса. Они о чём–то оживленно беседовали. Мышцы ещё жутко болели, всё тело ломило. И нестерпимо хотелось есть. Он приподнялся на локтях. К его удивлению удалось вытащить не только своих друзей, но и мешок с провизией, и даже винтовку. Ива заметила и тут же оказалась возле него с котелком горячей каши с тушёнкой. В желудке заурчало и забулькало.

— Тебе надо поесть, — Ива присела рядом и стала кормить его с ложки как ребёнка.

Она набирала полную ложку каши, следя, чтоб обязательно попадался кусочек мяса. Потом долго дула остужая пищу и отправляла ложку в открытый рот Шраму. Шрам усердно пережёвывал кашу глядя в сторону мёртвого кластера, из которого они выбрались. Подошёл Зной. Он был бледен и слаб.

— Спасибо, что не бросил, — сказал он.

Шрам кивнул, ничего не говоря, продолжая уплетать кашу.

— Ты развела огонь? — спросил он Иву.

— Не бойся, — улыбнулась она, — через мертвый кластер твари не пойдут, лучше вон туда посмотри. Ива взяла ладошками Шрама за щеки и аккуратно повернула его голову в противоположную сторону от черноты. Шрам увидел море. Море! Они дошли. Ему захотелось обнять Иву и радоваться, и кричать от счастья, но сил ещё не было. Тогда он просто упал на спину и, глядя в глубокое синие небо просто улыбнулся.

На следующий день они вышли на песчаный берег моря.

— Как здесь прекрасно, — сказала Ива глядя куда–то вдаль.

— Что дальше? Куда теперь? — спросил Зной.

— Не знаю, — ответил Шрам.

Он достал бинокль и стал смотреть в море.

— Лодка! Там лодка! — вдруг крикнул он, не отрывая глаз от бинокля и указывая куда–то в море. Ива присмотрелась и увидела небольшую лодку, прыгающую по волнам.

— Здесь есть люди! — радовался Шрам.

Над лодкой тем временем, поднялся небольшой парус, и она спокойно поплыла куда–то вдоль берега.

— Идём за ней. Где–нибудь он точно пристанет.

Они шли вдоль берега, наблюдая, как небольшой парус всё ближе и ближе приближался к берегу. Вскоре на берегу показалась не большая хижина. Парусник направлялся именно туда. Лодка повернула к берегу, парус опустился вниз. В лодке можно было разглядеть человека. Он достал весела и уже на веслах лодка подошла к берегу. Человек спрыгнул с лодки в воду и, ухватив верёвку, привязанную к носу, быстро вытащил суденышко на песок.

— Чего стоите, погодите лучше, — раздался женский голос.