Судя по внезапно возникшему в голове плану космического корабля (точнее, орбитальной станции, довольно большой, диаметром около тины), меня «вели» на центральную палубу — единственное место, где можно без особых проблем разместить сотню полностью экипированных бойцов со средствами усиления и толкнуть перед ними прочувственную речь о важности предстоящей миссии и долге перед всем человечеством.

К сожалению или к счастью, но сотни бойцов на этой палубе не обнаружилось.

Вместо них я увидел выстроившихся в один ряд давешних новобранцев нашей учебной роты.

Своё место в строю помогла отыскать висящая в воздухе голограмма — табличка «Вит Ал (синий-16)».

После меня к компании сдавших экзамен присоединилось ещё четверо, и среди них, что не могло не радовать, «китаец» Суйюнь.

«Выдержал, значит, курилка свой поединок. Это он правильно сделал. Уважаю…»

Всего таких же, как мы, счастливчиков оказалось, на удивление, мало — семнадцать из ста сорока семи, начавших месяц назад обучение военным премудростям… Хотя почему месяц? Нас же ещё лечили после экзамена, и сколько на это ушло дней и недель, неизвестно…

Кстати, стандартный имперский месяц длился ровно шестьдесят дней, а год — двадцать месяцев, но чаще временные периоды здесь считали декадами — по десять десятидневных недель. Таких декад в году насчитывалось двенадцать. Ну, прямо как на Земле месяцев. Факт, с одной стороны, интересный, но с другой, ничего для меня не значащий. Что двенадцать, что двадцать, что шестьдесят. Человек, он, вообще, скотина живучая, адаптивная, приспособиться может к чему угодно, и непривычное время в этом процессе — далеко не самое трудное…

Когда построение завершилось, откуда-то сверху заиграла бравурная музыка (наверное, местный марш, возможно, даже — три раза ха-ха — «Имперский»), а секунд через двадцать на небольшую, ограниченную белыми линиями площадку перед строем вышел… нет, совсем не Дарт Вейдер (хотя именно это дурацкое предположение чуть было не появилось у меня в голове из-за музыки), а человек в парадном мундире с нашивками капитан-бригадира (одно из званий старшего командного состава, ниже генерала, но выше полковника).

— Здравствуйте, господа десантники!

— Здравия желаем, сел бригадир! — рявкнули мы привычно, но… несколько ошарашенно что ли.

До сего дня никто выше уровня 1-го лейтенанта общаться с нами не соизволял, да и то — манеры офицеров учебки оставляли желать лучшего.

Позади бригадира нарисовались ещё двое — штаб-капитан и майор, а сбоку — четверо хорошо знакомых нам сержантов с лучемётами наизготовку.

Ну да, всё верно. Кто знает, что может твориться у нас в сдвинутых после такой «учёбы» мозгах. А вдруг мы решим поквитаться со старшими офицерами за всё то «хорошее», что пережили за предыдущий месяц?

— От имени командования шестого учебного сектора поздравляю вас с успешной сдачей экзамена на первый воинский чин, — начал свою речь бригадир.

По идее, нам следовало сейчас дружно выкрикнуть «Слава империи!», но мы напряжённо молчали. Под дулами лучемётов радоваться и выражать верноподданнические настроения не слишком хотелось. Даже если это шло против «традиций».

— Не вижу в глазах восторга, бойцы, — оратор обвёл нас колючим взглядом и усмехнулся. — Впрочем, я его и не жду. На первом этапе обучения от вас требовалось другое…

«На первом этапе? Наша учёба продолжится?» — читалось на лицах бойцов.

— На первом этапе вы должны были просто выжить. Выжить несмотря ни на что, даже когда всё вокруг против вас, когда неизвестно, кто друг и кто враг, когда даже те, кто рядом, оказывались предателями. Не скрою, такой подход был выбран намеренно. Имперский десантник — не барышня и не слюнтяй. Имперский десантник — это боевая единица, не знающая ни жалости, ни сострадания, готовая к любым неожиданностям, к любой подлости, к любому удару судьбы.

«Да уж, хорошенькая перспектива — вечно готовиться к подлостям…»

— Когда какие-нибудь стопланетники, осционцы или лану желают подмять под себя понравившуюся им планету, они начинают вести елейные речи о правах человека, красивой жизни и преимуществах демократии. Потом они подкупают часть местной элиты. Потом вводят политические и экономические санкции и провоцируют на планете гражданские войны. Затем, под видом гуманитарной помощи, вмешиваются в конфликт на стороне меньшинства и организуют точечные удары с орбиты. Со временем бомбардировки становятся всё более массовыми и беспощадными, а когда ситуация на поверхности доходит до стадии хаоса, туда вводятся якобы миротворческие войска. После этого всё, дело сделано. Мир, подвергшийся скрытой агрессии, превращается навеки в колонию, нищую и бесправную, раздираемую бесконечными войнами и делёжкой брошенных сверху подачек…