Я промолчал. Зачем говорить с без пяти минут трупом?

— Ты не убийца. Ты трус. Ты хотел убить меня подло, издали, но ты просчитался, — продолжил выкрикивать оскорбления племянник архистратига. — Я победил тебя на арене, а здесь я просто прирежу тебя, как барана. А потом сниму шкуру и брошу собакам…

Он дрался и вправду неплохо. Но здесь был не фехтовальный зал, а я не партнёр по спаррингу.

Барзинию хватило всего трёх ударов. Первым я выбил из его рук оружие. Вторым подрубил ноги. Третьим резанул шею.

Племянник архистратига схватился за горло, упал на колени, качнулся и через миг рухнул навзничь.

Я вытер клинок о его одежду, подобрал арбалет, проверил, мертвы ли охранники, после чего, убедившись, что всё в порядке, двинулся прочь. И лишь через полквартала сообразил, что — чёрт побери! — забыл обшарить убитых. Зачем? Во-первых, чтобы имитировать ограбление, а во-вторых, найти тот приборчик, который защищал своего хозяина от луков и арбалетов. Сглупил, конечно, но пёхать назад, чтобы исправить «ошибки», было ещё глупее.

От арбалета с мечом избавился, бросив их в протекающую через город речушку.

В бордель возвратился тем же макаром, через окно.

Плотно задёрнул шторы, спрятал плащ в шкаф, разделся и с чувством выполненного долга улёгся в постель.

Снятая на целую ночь дамочка ничего не услышала и продолжала всё так же сопеть в подушку, только перевернулась на другой бок, выпростав из-под одеяла аппетитные формы, те самые, из которых ноги растут. За них-то я, собственно, и ухватился, когда решил, что пора — надо будить.

— Ага… ага… я сейчас, — сонно пробормотала Паорэ, нащупывая мою руку и на автомате подтягивая её в другое местечко, ещё более интимное. — Ох! Что это?! Я что, спала? — она неожиданно дёрнулась и подскочила на месте, протирая заспанные глаза и испуганно озираясь.

— Спала, спала. Мы с тобой оба спали, — успокоил я её, привлекая обратно к себе. — Устали, наверно. Ну и вино ещё, вот и расслабились.

— А, ну тогда ладно, — выдохнула она с облегчением, колыхнув грудью прямо у меня перед носом. — Только ты это…

— Что — это?

Паорэ внезапно смутилась.

— Ну… не говори никому.

— Что не говори?

— Что я заснула.

— Почему?

— Мы всегда днём спим, ночью нам спать запрещают. Иначе штраф.

— Понял. Договорились. Не буду рассказывать…

«Ларнийское», как я понял, подействовало на неё так же как на меня, несмотря на снотворное. Поэтому следующие полтора часа мы занимались любовью практически без перерывов. А затем в коридоре послышался топот ног, и в дверь застучали так, словно хотели выломать:

— Эй, там! Открывайте!

Быстро надев штаны, я дал даме знак не отсвечивать, подошёл к входу и отодвинул щеколду. За дверью толпились «шершавые».

— В чём дело? Пожар? Горим?

— Нет, не горим, — из-за охранников выдвинулся человек в форме городской стражи. На лацкане его «кителя» красовался значок старшего районного надзирателя.

— Ты Дир из кудуса Перекки?

— Да. А что?

— Тебя опознали.

— Что значит опознали? Не понял, — изобразил я святую невинность.

— Я войду, — то ли спросил, то ли просто уведомил меня надзиратель, перешагивая через порог.

Я ему не препятствовал.

Он неспешно прошёлся по комнате, окинул внимательным взглядом стены, кровать, шкаф, разбросанную по полу одежду, после чего уселся в кресло возле окна и коротко приказал:

— Проверьте тут всё.

Заполнившие помещение охранники первым делом согнали с кровати таращащуюся на них из-под одеяла Паорэ. Перепуганная работница местной секс-индустрии спряталась за меня и со страхом следила за тем, как помощники надзирателя переворачивают всё вверх дном.

Обыск, как и следовало ожидать, завершился ничем. Ничего криминального в комнате не обнаружилось. Только пустая бутылка из-под «Ларнийского» и перевязь с моим личным кинжалом.

— А ну-ка, иди сюда, — поманил к себе стражник даму.

Та, кое-как прикрыв свои прелести подобранной с пола туникой, присела на кровать перед креслом.

— Во сколько вы начали?

— В половине десятого, господин Горвий.

— Он куда-нибудь уходил? — кивнул он в мою сторону.

— Нет-нет, господин. Мы были всё время здесь, вместе, и… ну, в общем, вы понимаете…