Шрифт:
Тихо было везде: и в домах, и на дорогах, в гаванях, у берегов, в рощах, храмах, театрах и на площадях. Только в редких, редких местах теплились огни. Люди, которым мало дня для своих удовольствий, урывали время у ночи для попоек и наслаждений. А прочее всё спало. От лесной птицы, свернувшейся на ветке, от скота в поле до младенца в колыбели, до мудреца, задремавшего над длинными хартиями человеческой мысли.
Спал и Иерусалим со своим великолепным Храмом, со своими домами с плоскими кровлями, с шумной, беспокойной толпой, с грешным дворцом Понтийского игемона, с красивыми, разбросанными вокруг города холмами и садами.
Спал и Вифлеем, маленький город, родина царя-псалмопевца, неизвестный тогда, быть может, никому, кроме иудеев.
Мир спал спокойно, утомясь от своих мирских дел и забот, чтобы наутро приняться за ту же работу, забыв, забыв всем существом своим, что есть высшее призвание на земле, кроме богатства, удовольствия и почестей.
И в эту сонную ночь совершилось величайшее из чудес: Бог в образе человеческом родился на земле, в городке Вифлееме.
О приходе чудного Младенца в мир знали несколько пастухов вифлеемских, к которым спустились Ангелы, чтобы пропеть им песнь о родившемся Боге. Знали еще мудрецы, которых таинственная звезда, пророча о сошествии на землю Бога, влекла в Вифлеем.
А мир спал….
О великая тайна этой святочной ночи! Как громко огласилось потом всему миру всё то, что совершилось здесь так тихо и невидно! Как торжественно и убежденно исповедывали потом люди этого родившегося в ту ночь в Вифлееме Младенца!
Но изменилась много от этого жизнь?..
Мир спал. Мир был так мало готов к принятию благовестия о рождении Бога, сердца были так холодны к исканию истины, что через пространство, без всякого посвящения, никто не чувствовал пришествия в мир Христа. Знали об этом лишь три волхва да пастухи Вифлеема. Да и те знали не потому, что их очищенное от зла сердце было в них так чутко, что могло ощутить пришедшего на землю Бога, но потому, что одни «видели звезду на востоке», другие – приняли извещение от Ангелов.
Спал мир, когда пастухи поклонились в вертепе родившемуся Христу, когда дальние цари Востока, припав к Его ногам, открыли принесенные ими дары… Спал мир, когда жестокий Ирод избивал младенцев, чтобы загубить жизнь новорожденного Христа, и когда на ослике, ведомом под уздцы Обручником Иосифом, Пречистая Дева с Младенцем на руках спасалась в Египет.
Христос рос в Назарете в бедной обстановке, «исполняясь премудрости». Он уже обратил в Иерусалимском Храме на Себя внимание, когда пришел с родными на праздник и изумил сверхъестественной мудростью книжников и фарисеев. Год шел за годом. Всё приближался Христос ко времени выступления Своего с проповедью миру. А мир спал, не чувствуя, какой чудный новый Человек освящает теперь Собой человечество.
И вот Христос явился народу. Он принял в Иордане крещение от руки Иоанновой, и Дух Святый нисходил на Него в виде голубя, и глас Отца с неба гремел, свидетельствуя о Нем…
А мир всё спал.
И дело началось… Христос стал ходить по городам Иудеи и Галилеи, благовествуя. Он собрал Себе ближайших учеников и послал 70 апостолов проповедовать Царствие Божие. Потоками льются от Него чудеса: мертвые встают, прокаженные очищаются, расслабленные ходят, слепые прозревают. Небесная благодать сошла на землю, попирая смерть, исцеляя болезни, возрождая души…
А мир всё спит.
Грянуло новое слово, рушатся старые законы, любовь возвещена. Любовь безграничная, бесконечная, всеобъемлющая. Оправданы кающиеся грешники и вознесены над самодовольными фарисеями. Открыто рукою Христа великое, неотразимое, захватывающее царство духа.
А мир спит.
И вот Христос предан. Вокруг бушует злоба людская.
Он стоит, бичеванный, без одежды, венчанный тернием. Понтий Пилат предлагает отпустить Его, даруя жизнь Его народу, по случаю праздника, а народ кричит: «Не Его, а Варавву!»
И вот Он уже висит, пригвожденный к Кресту. Мертвенная бледность овладевает божественным челом. Вздох, века пронизающий вопль страждущего Божества: «Отче, Отче, зачем Ты Меня оставил?» И вскоре другой: «В руце Твои предаю дух Мой»… И тело погребается Иосифом Аримафейским в саду в новом гробу, и стража приставлена к нему. А мир всё спит в эту ночь несказанного величия и несказанного ужаса, вместо того, чтобы подняться, как один человек, и встать на стражу у спящего в гробе Бога.
И Он воскрес. Он является ученикам то среди волн моря, то в запертой храмине, то по дороге в Эммаус. А мир спит, как прежде…
И Он вознесся на небо. И послал Духа на апостолов, «да научат вся языцы». И вот они разошлись по миру, произнеся всюду новое слово, подтверждая его несказанными знамениями… Страдали на аренах мученики, слабые женщины и девы силою своей утомляли жесточайших палачей. Над миром насилий и безумия неслось одно страстное исповедание: «Я христианин!», «Я христианка!»
А мир всё спал.
И победило в сердце избранных людей, лучших представителей человечества, дело Христа. Высоко вознес над миром Крест равноапостольный Константин, и засияло Православие в своей кроткой, мирной победе. Но мир всё спал…