Он почувствовал, что раздражается всё сильнее. Посмотрел на жену, она посмотрела на него.

"И она еле двигается в очереди… Надо же так застрять… Я даже и подумать не мог, что на вокзале такие большие очереди. Говорили же, что автоматы по продаже билетов специально были установлены, чтоб очередей не было… А очереди и к ним есть! Сколько же народу на дачи едет! У всех, что ли есть дачи? Ну, может, не у всех, кто-то в гости, кто-то по другим делам. Но в субботу утром! Не ожидал. Не ожидал".

Наконец, до окошка с кассиршей остались двое.

– Ну, я к тебе! – к нему подошла и встала рядом жена. – В моей очереди ещё далеко.

– Я вижу, – кивнул Мишка. – Надо же сколько людей…

– И заметь: почти каждый оформляет сезонный билет, – сказала жена, – надо будет и нам это сделать.

– Не сегодня, – возразил он, – позже, если всё нас устроит…

– А я и не сомневаюсь в этом. Бери билеты!

Мишка подошёл к билетному окошку.

– Два билета туда и обратно, – он назвал станцию. – Сколько?

– Пятьсот, – хмуро ответила кассирша.

– Пятьсот? – удивился Мишка.

– Да, пятьсот, – повторила кассирша и испытующе посмотрела на него. – Будете брать?

– Буду, – Мишка почувствовал, что от взгляда кассирши покраснел, – конечно, буду.

Он достал из брючного кармана бумажник, раскрыл, вынул пятисотенную банкноту и протянул её кассирше.

Она взяла деньги, быстро пробила что-то на кассовом аппарате и протянула ему два билета.

– Спасибо, – он взял билеты и отошёл от кассы, держа их в правой руке вместе с бумажником.

– Ты, что такой красный и хмурый? – поинтересовалась жена.

– Полтыщи! Полтыщи за два билета!

– А ты чего хотел? За пятьдесят рублей что-ли?

– Ну, не за пятьдесят, но не за полтыщи, – Мишка положил билеты в бумажник и убрал его в тот же брючный карман.

– Кстати, а много у тебя в бумажнике-то денег?

– Да ещё тыщи две – три… А что?

– Это я так, на всякий случай… Вдруг понадобятся…

– Зачем?

– Ну, может быть, чего-нибудь прикупить.

– Прикупить?

– Да, – жена помолчала, – может быть, по дороге…

– Не понимаю, – удивился Мишка. – В электричке что ли?

– Может и в ней…

– За тысячи в электричке? – снова удивился Мишка. – Ты, что?

– Я не сказала, что за тысячи, я только поинтересовалась, сколько у тебя денег.

– А у тебя?

– У меня? – она улыбнулась. – У меня в два раза меньше, чем у тебя. Пошли на поезд?

– Да, пошли, – кивнул Мишка, посмотрев на свои наручные часы, – девять минут осталось.

– Успеем. Тут пройти всего ничего.

Через пару минут они были в вагоне электрички. Свободных мест не было.

"Этого ещё не хватало, – подумал Мишка. – Всю дорогу стоять придётся".

– Ну, что, постоим? – жена посмотрела на него. – А?

– Постоим, чего же ещё остается, – недовольно ответил он. – А представляешь, если так каждую субботу будет?

– Ага, ты согласен, – расплылась в улыбке, обрадовшись, жена. – Не будет.

– Почему согласен?

– А потому, что думаешь. что и в дальнейшем будешь так стоя ездить…

"Она права, – вздохнул Мишка, – похоже, что я действительно согласен… И шансов за то, что участка и дачи у нас не будет, очень мало. По-сути всего один: не хватит денег для этого. А, если хватит, то… то участок и дача будут точно".

– Ты чего вздыхаешь? – поинтересовалась жена.

– Да, так…

– Нет, скажи!

– Подумал, что от участка и дачи вряд ли придётся отказываться.

– Конечно, не придётся. Я даже не могу поверить. что мы откажемся.

– Но, всё-таки, давай сначала всё как следует разузнаем. Хорошо?

– Хорошо. Конечно, разузнаем…

– И было бы неплохо, если бы мы могли бы посмотреть на участок.

– Правильно! Обязательно посмотрим.

Двери электрички закрылись, и она медленно стала набирать ход.

– Ну, вот, и поехали, – улыбнулась жена, – поехали к своему счастливому будущему.

– Ты действительно считаешь, что участок и дача – это счастье? – удивился Мишка.