— Жюль, не стреляй во второго!

— С ума сошел, странник?

Я мотнул головой и зарядил «охотничью метку». Стрела, положенная на тетиву, зажглась ровным зеленым светом. Пришла пора проверить, работает ли эта штука на таких крупных тварях.

— О, ты тоже так умеешь? — вырвалось у стражника.

Я повернулся к нему, и хотел спросить, кого еще он видел с такой способностью. Но тут загудел второй моб, и мне пришлось вернуться к бою.

Стрела зеленой молнией ушла в цель…

Охотничья метка не активирована

Осторожно, слишком много целей! Вы больше не можете помечать цель

— Какого? — вырвалось у меня, — Пипец просто!

— Странник, стрелять или нет?!? — в панике закричал Жюль.

Смертоход уже обошел сородича, которому почти слили здоровье. Он поворачивался, осторожно вышагивая над кронами деревьев.

— Нет, — я упрямо замотал головой, пытаясь что-то придумать, — Жди!

Я не понимал, почему кончились метки. В панике я полез в интерфейс. Слишком много целей — что это значит?

Найдя «охотничью метку», я щелкнул описание. Пробежался глазами и заметил плюсик с выпадающим списком. Его ведь не было.

«Так и целей не было», — подумал я и нажал.

Выпал столбец с парой десятков речных моллюсков, и напротив команды «найти» и «снять». С облегчением я начал тыкать «снять» на всей прорве помеченных мобов.

Дальше уже пошли знакомые ники — Сцилла, Вестник… Я щелкнул снять с остальных, потому как не видел необходимости, а вот над Кракеном у меня завис мыслекурсор.

— Ничего, походишь еще в служителях, — сказал я и затрясся от зловещего смеха.

— Странник! — крикнул Жюль.

Второй смертоход уже поднял ногу-пику, и нацелился на вышку.

Я нажал кнопку, стрела стала заряжаться зеленым. Не успеваю!

Жюль все-таки нажал на спуск, но нога Смертохода вошла ровно в сопло, и турель захлебнулась в своей же плазме.

— Храни нас эльфары! — закричал Жюль, глядя, как турель затряслась и мгновенно раскалилась докрасна.

Стражник отпрыгнул, толкнув меня плечом и сбив каст. Он ловко юркнул в проем люка, ведущего на лестницу, а я только успел растерянно оглянуться на это.

Тут же орудие рвануло, и весь мой обзор захлестнуло белым жаром…

Вы получили 13000 урона!

Вы убиты!

— Твою за ногу! — выругался я, открывая глаза, — Пипец просто.

Надо мной светлеющее розовое небо, на нем чернеет одинокая ветка с сиреневой листвой. Сиреневой?

Я испуганно сел, оглядываясь. Мой персонаж лежал на старом, покрытом розовым мхом камне воскрешения. Алтарь стоял с краю лесной полянки. Фиолетовая трава, сиреневые деревья — я все еще в Запределье.

Раздался стук, и я повернул голову. Рядом был не жрец культа эльфаров, а сидел на корточках удаленный мной рыжий гном-кователь Хаммер. Он деловито раздувал костерок.

Хаммер, кователь, 75 уровень, гном

У его ноги на ударной части стоит молот Брутто, сам кователь закован в тяжелые серебристые доспехи. Мне показалось, что в полированных тиснениях тоже проглядывают кровавые струйки. Удобно, когда ты по совместительству босс своего же данжена.

В руке гнома зажата палочка с нанизанным на нее местным грызуном — большие сиреневые уши и синий мех. Когда это мой гном успел кулинарию выучить?

— Здравствуй, смертный, — поднял глаза Хаммер.

— Привет, — ответил я и осмотрел себя.

Я был в набедренной повязке, как и полагается погибшему. Треть очков здоровья залита.

Огонь разгорелся, и зверек на палочке погрузился в языки пламени. Затрещали сгорающие шерстинки.

Молчание затянулось, и я спросил:

— В Запределье тоже есть камни воскрешения?

— Да, только не работают. Странникам еще дадут задание активировать их.

— А как же?

— Друг Антшот, ты же знаешь, кто я?

Этот вопрос не требовал ответа, и я слез с камня, стараясь не касаться розового мха.

— Тут он не цветет, воды нет, — сказал Хаммер, — Вот его цветы ядовиты, странник.

— Спасибо, что вытащил, — сказал я, — Только вот я без всего. Раньше у тебя как-то лучше получалось.

— Мои силы в этом мире ограничены, — ответил гном, — Да и в родном мире теперь не все спокойно.

— В Мире Трех Солнц?

— Да.

— О чем ты, — спросил я, и хотел обратиться к нему «Бог Крови», а потом передумал, — Хаммер?