И запретила закармливать Аню сладостями! Ну куда это годится? Каждый встречный-поперечный норовит её или конфетой, или шоколадкой угостить! Лучше бы яблока дали! Полезней бы было…

Дядя Ваня нам оформил настоящие документы. Теперь Анечка и официально является моей младшей сестрёнкой.

Как он там и с кем договаривался, так и не сказал, как всегда. Но она теперь Анна Иосифовна Стирлец. Уроженка Белоруссии. Легенда такая. Типа папа мой перед Освободительным походом был близко знаком с одной женщиной. Вот поэтому и родилась Аня…

Мы, кстати, даже похожи с ней немножко. Только она светленькая и глазки голубые. Ну а как же? Мамы то разные у нас…

Я написала бабушке насчёт Ани и та сразу же затребовала ребёнка к себе. Нечего, мол, ей на войне делать… Я абсолютно с этим согласна, но пока что возможности отправить сестрёнку в Саратов у меня нет…

Жаль конечно, что наша Мила погибла. Я думаю, что она смогла бы забыть про свою ненависть. Или хотя бы перестать ненавидеть всех…

Я ведь тоже ненавижу. Ненавижу фашистов, Гитлера ихнего ненавижу. Слишком много они мне горя и несчастий принесли…

Но Анечка то здесь причём? Она сама стала жертвой войны, что развязал этот долбаный Гитлер…

Аня довольно быстро научилась называть меня правильно. А я по вечерам рассказываю ей перед сном сказки. По-русски их рассказываю. Вставляя в них иногда знакомые мне немецкие слова. И про Золушку рассказываю, которую зовут Синдерелла, и про трёх поросят, и про Мальчиша-Кибальчиша. И она уже что-то начинает понимать. И даже говорить по-русски пытается. Коряво конечно, но уже пытается…

Я наконец-то вспомнила про ту коробочку, которую нашла в развалинах. Разобралась, как она открывается. Надо просто одновременно с двух сторон нажать.

А внутри там находился красивый гарнитур. Серебряные серьги с зелёными камешками, колье и колечко. Всё тоже из серебра и с зелёными камнями. Красивые вещи. И похоже, что старинные. Наверное, себе их заберу. А может и нет. Там дальше видно будет…

А тем временем наши войска окружили Кенигсберг и штурмом взяли Будапешт. Германская авиация почти полностью уже потеряла свои силы и редко появлялась в воздухе. Всех опытных лётчиков, считай, уже выбили, а молодежь против наших плохо котировалась. Да и с топливом большая напряжёнка у люфтваффе. Но всё равно потери случались. И мы тогда получали работу…

Однажды посреди ночи поднялась стрельба. Лупили пулеметы и автоматы. Потом зажглись прожекторы и подключились 37-миллиметровые зенитные автоматы… Всё это продлилось минут пятнадцать-двадцать. Аня испугалась, вцепилась в меня. Пока я успокоила её, пока отнесла в подвал, стрельба уже стихла. До утра потом никто не спал…

Как я по утру узнала, на окраину города вышла небольшая группа немцев. Нарвались на охрану и попытались её атаковать. Но когда подключились наши зенитки, стали сдаваться…

Я так и не поняла, зачем они это сделали. Спокойно ведь могли по лесу мимо пройти. Нет, полезли зачем-то…

Я получила в своё распоряжение, как командир отдельной эскадрильи, собственный автомобиль. Джип Виллис. И водителя вместе с машиной. Он наверное сразу же всё проклял. Ибо я заставила его учить меня водить машину. В прошлой жизни я то умел, и права у меня были, но современные машины не знал совершенно. Только со стороны видел…

Ну что сказать? Неплохая машинка. Сами колёса бы пошире ему, да и колею немного шире сделать, чтоб он поустойчивее был… А если ещё и нормальные кресла поставить, то вполне нормальный джип. Почти Вранглер…

Одно плохо, поезженный он сильно. Старый автомобиль мне достался.

Уговорила Петровича помочь мне с ремонтом и с улучшением комфортабельности машины. Ну как я её сама понимаю. Петрович конечно немного поругался, но все-же пообещал помочь… А водителя я потом назад отправила. Чему тот был только рад… Ну не нравилась ему баба в командирах. То одно требует, то другое…

Весна постепенно вступала в свои права. Снег почти весь уже сошёл. Стала появляться первая травка.

После небольшого перерыва Красная армия опять двинулась в наступление. Оставляя за спиной очаги сопротивления, танковые армии рвались вперёд. Окружили Берлин и пошли дальше на запад. Оставляя котлы на попечение остальным советским войскам.

И мы тоже перебрались западнее.

В отличие от прошлых раз, сейчас мы стояли на настоящем, нормальном аэродроме. На нём же базировался и истребительный полк седьмых лавочкиных. Красивые и мощные машины…