Завтракали мы молча. И лишь допивая кофе, Макс подал голос:

— Пока время не вышло, предлагаю тебе подумать, кому ты ещё перешла дорогу. Кроме меня, разумеется. Допустим, тебя подставляют.

Вадим, между прочим, спрашивал то же самое. И выводы не изменились. Вот бы знать, кого он там нашел.

— Я мирное существо, Макс.

— Это я заметил.

Вот что он за человек? Закусила губу, и Макс тут же перевел на неё потемневший взгляд.

Ну ведь в самом деле — нет у меня врагов. Всё, что было в моей жизни — это Макс Фараон. И по всему выходило, что подставлять меня действительно некому.

— Если и есть кто-то, кому я не мила… кроме тебя, то я об это не знаю. Весь год была поглощена лишь тобой.

— Я тоже, — вдруг произнес Макс, а я напряглась. — Тоже был поглощен тобой.

Уже собиралась обрадоваться от нового признания, даже кончики пальцев закололо, а сердце пропустило пару ударов, но Макс тут же пояснил:

— Поэтому не заметил, что ты способна на большее. Что способна так меня подставить.

Все усилия оказались напрасны — мы пришли к тому, с чего начали.

— Макс…

В этот момент его телефон заиграл громкой мелодией, и продолжить не вышло. Фараон сурово взглянул на экран и взял трубку:

— Слушаю, — лишь произнес он. И нахмурился ещё больше: — Докладывай каждый шаг.

Голос низкий, с мрачными нотками, в мгновение поменялась интонация, и если со мной Фараон говорил сравнительно мягко, сейчас в его словах звучал металл. Уж не за Вадимом ли слежка? Макс вдруг пристально посмотрел мне в глаза, и если бы я не сидела, от этого взгляда вполне бы могли подкоситься коленки. — Ты уверен? — сделался Макс ещё мрачнее. — Понял, значит вечером устраним. Да, она со мной. Я всё решу.

Затем он сам себе кивнул и отключился, по-прежнему, не сводя с меня глаз.

— Я ещё что-то натворила? — вздохнула обреченно.

— Пока не знаю.

Макс быстро поднялся с места и потянул меня за руку. Как я поняла, с земными мечтами было покончено. И кажется, приходил черед неземных.

Немного бодрило лишь одно — Фараон обещал, что мне понравится. По крайней мере первая часть.

А Макс слов на ветер не бросает.

— А напомни-ка мне, Кэт, как ты вышла на этого Вадима?

Мы ехали по заснеженной проселочной дороге, и я невольно посматривала на лесополосу рядом. Почему мы едем именно здесь? Снова становилось тревожно, к тому же Фараон даже шутить перестал, хотя если быть честной, юмор у него порой вот вообще не смешной.

Но раньше он хотя бы пытался. Сейчас — хмурился, странно поглядывал и задавал щекотливый вопрос. А уж когда мы остановились на обочине, я и вовсе затаила дыхание. Кажется, приехали.

— А как выходят на аниматоров? Как и на прочих сотрудников, — я даже пожала плечами, продолжая делать невозмутимое лицо.

— То есть тебе его никто не советовал?

Что-то мне это не нравилось. На что он намекает? Ну нет, Яну я подставлять точно не буду. Хотя признаться, вопрос заставил меня задуматься. Даже нахмурилась, вспоминая, как она его расхваливала все время. Да, бред. Ведь мог человек просто понравиться. Как профессионал, например. И вообще. Он пришел сам и оставил визитку.

Яна так сказала.

А ещё она говорила, что видела его на праздновании корпоратива её парня Бориса.

Вот черт!

Может быть, я и не собиралась думать на подругу, но Фараон заставил меня заволноваться.

— Никто не советовал, — осторожно покачала головой.

Возникла неловкая пауза. Макс как будто уже знал, что я не выдала правду.

— Красиво здесь, — перевел взгляд в окно он, вдруг сменив тему. — И тихо. Сразу видно, там — умиротворение. Как считаешь?

Я выглянула из-за Макса, стараясь рассмотреть умиротворение, но ряд деревьев по-прежнему не внушал доверия.

— И ни одной живой души, — даже как-то мечтательно произнес он и будто загрустил: — Хорошо тут.

Вот не видела я хорошего. Ни в округе, устеленной белоснежным покрывалом, ни в интонации Макса.

— Можно даже выйти в поле и крикнуть — никто не услышит. Лишь тишь да гладь кругом. Восхитительно, не находишь?

Вообще-то, нет. Если он сейчас начнет классиков цитировать, можно будет считать, что мне точно недолго осталось. В фильмах форменные психи как раз вот такие — с тонкой душевной организацией и обязательно играют на фортепьяно.

— Ты умеешь играть на фортепьяно? — вместо ответа сорвалось с губ.