— Ей шину наложили и в дурдом отправили.

— Зачем в дурдом-то?!

— Так она утверждает, что ее лыжник на шестом этаже у лифта сшиб»

Снова ржач, но тут уже шеф, хоть и улыбается, а укоризненно качает головой.

— Нет, ребята, про сбитую старушку будет лишним.

— Тогда могу еще стишок про сноубордиста предложить! — раздухарился я

Встаю в позу, копируя Женьку Евтушенко, рассекаю воздух рукой, подчеркивая голосом рубленность фраз:

Тех, кто лето придумал, — осудят!

Я без снега делаюсь злей,

В светлом будущем лета не будет,

Значит, мне там станет зимней!

Я согласен — мне лета не надо!

Душным днем я как будто в бреду,

Снега скрип под кантом — отрада,

Лето к черту, я в зиму уйду!

Это лето меня доконает,

Снова грязные реки текут!

Летом нас лишь Камчатка спасает,

И карьеров песчаных уют.

Летом горы тускнеют без снега,

И теряют привычный пейзаж

Мы летим по песчаным карьерам

Закругляя на дюнах вираж

В общем, летом, ребята, — ужасно!

Лист зеленый не радует глаз.

Ночь — короткая, песни — не страстны,

Да и доски не едут у нас.

Лето портит людей. Расслабляет.

Ходят голыми — стыд и позор!

Я бы тех, кто по лету страдает,

Прямиком отправлял под топор!

Тут уже хохот становится гомерическим, шеф искренне аплодирует мне.

— Хорошо. Два анекдота и шуточное стихотворение — этого будет вполне достаточно, чтобы поднять читателю настроение. Только давайте в тексте статьи везде сноуборд поменяем на снежную доску или скажем э-э… монолыжу. А то знаете ли — Коган-старший смотрит на нас умными глазами — Некоторые там — следует жест с указательным пальцем, тыкающим вверх — могут придраться к чему угодно. Припишут низкопоклонство перед Западом из-за иностранного термина…

Мы согласно киваем. Я промолчал, потому что не хочу сейчас вступать в дебаты и объяснять коллегам разницу между монолыжей и сноубордом. А она ведь есть и существенная. Может, и до монолыжи когда-нибудь руки дойдут.

— А что со статьями и обложкой?

Переходим в кабинет шефа, докладываем ему о своих успехах. Мы с Левкой сдаем статьи, Димон раскладывает перед ним фотографии. И начинается серьезная работа…

— Алексей, тройка лучших университетов понятна. В первый номер следующего года у нас пойдет твоя статья о КГУ. А что думаешь про второй номер?

— Ну… так далеко я еще не заглядывал, но логично если там будет Бауманка или Новосибирский университет. Все-таки негласный перечень первых ВУЗов страны существует. Или есть еще вариант: один из самых старых университетов страны — Львовский.

Лева тут же закашлялся, видимо свой недавний подвиг вспомнил, а вот Димону хоть бы хны. Сидит, морда кирпичом.

— Хорошо, подумаем еще над этим, время есть. В случае чего Ольгу в командировку отправим. А теперь я хочу показать, что наши девушки в ваше отсутствие придумали и воплотили в жизнь…

Оказалось, девчонки здесь времени зря не теряли — придумали шикарный раздел для предновогоднего номера — «Готовься к Новому году, студент!» Туда вошли советы как оригинально украсить помещение и накрыть стол, несколько рецептов простых в исполнении праздничных блюд, которые осилит и начинающая хозяйка. Даже советы по превращению простого платья в праздничное с минимальными затратами. Все бюджетно, без особых хлопот и красиво — любой студент при желании сможет это повторить. В основном это, конечно, Ленкина заслуга, но молодцы все девчонки!

Ольга написала добротный репортаж о презентации «Студенческого мира» в «России», безжалостно проехалась по «Заставе Ильича»— то-то Фурцева довольна будет! Зато своего любимого Рождественского Ольга только что слюнями не закапала, но тоже заслуженно, чего уж там — пишет он шикарно. Юля накатала красочную статью о моде, использовав фотографии Димона. В театр, смотрю, девчонки без нас сходили — на «Таганке» посмотрели премьеру «Герой нашего времени» в постановке Любимова. В роли Печорина — Николай Губенко, Грушницкий — Валерий Золотухин. Ругательных слов Прынцесса не пожалела — всем актерам на орехи раздала, а режиссеру так больше всех досталось! Я тяжело вздыхаю. Журнал наживает врагов — к бабке не ходи, тут же посыплются жалобы со стороны нашей «антиллиХенции», мать ее… С другой стороны — поделом им, спектакль откровенно слабый, и надо вещи своими именами называть.