— Денег давай, красотка. Два месяца не платишь, а мы договаривались вперед.

— Я предупреждала Инессу, что заплачу сразу. Мне придут деньги только через две недели.

— А мне какое дело? Инесса усвистала на море, ничего мне не оставила. С голоду подыхать что ли? Плати или проваливай.

— Ладно, — срывающимся голосом согласилась Лиза. — Я завтра сниму с дипозита…

— Какое завтра? Сейчас!

— Но…

Больше я слушать не стал. Вытащив пацана из кресла, я взял его на руки и вышел. Лиза бросилась к нам, едва увидев меня с сыном на руках. Тут же забрала его. Собственно, я был не против. Меня больше заботил ее долг и бесцеремонный хозяин.

— Выйдем? — предложил я тут же.

— Никуда я с тобой не пойду, — моментально ощетинился мужик.

От него за версту несло алкоголем. Очевидно, он хотел это дело усугубить, поэтому и примчался третировать квартирантку.

— Мужика своего на меня натравишь — в полицию заявлю. Без договора они тебя отсюда просто выкинут. И в опеку настучу. Там сейчас с мамашками бестолковыми быстро разбираются.

— Хватит, — рявкнул я, теряя терпение.

Лиза и алкаш синхронно подпрыгнули, а мелкий заплакал. У Лизы тоже глаза заволокло слезами. Я больше не собирался продолжать слушать и бездействовать, взял хозяина апартаментов за шкирку и повел на кухню, бросив Лизе:

— Успокой сына. Я все решу.

— Нет, — всхлипнула она, дернулась было, но тут же замерла.

С ребенком на руках не особенно изобразишь гордость и независимость. Но ей удавалось. Каким-то образом.

— Да, Лиза, — обрезал я и закрыл дверь на кухню.

Мужик смотрел на меня затравленно и шарил по карманам, видимо, искал телефон.

— Только тронь, гнида. Знаешь, на кого нарвался? Да я…

— Сколько? — тихо спросил я.

Он тут же поменялся в лице.

— Чего сколько?

— Денег сколько она тебе должна? Вернее, жене твоей.

— Так… — глаза забегали, и я буквально слышал, как он прикидывает, насколько можно меня наебать. — Сорок восемь. Коммуналка знаешь какая дорогая? Инесска говорит, купает она каждый день в большой ванне пузана своего. Не может что ли маленькую купить?

— Наличкой обязательно? Или на карту?

— На карту можно. Без разницы, — быстро согласился Птиц Говорун.

Я достал смартфон и открыл приложение.

— Номер телефона.

— Ага.

Он назвал цифры, и я уточнил

— Тигран Валидович?

— Он самый.

Подтвердив операцию, я отправил ему деньги. Валидович тут же быстро достал телефон и проверил счет.

— Пришло. Сразу нельзя было чо ли? — заворчал он.

— Нельзя. И к квартиранткам лезть тоже нельзя, проговорил я тихо, приблизившись к нему почти вплотную,

Мужик весь съежился, почти вжался в стену.

— Еще раз увижу здесь — пожалеешь.

Он часто закивал и стал продвигаться по стене к двери и на выход. Я не держал, разумеется. Едва Тигран вышел за дверь, я вернулся в комнату, где оставил Лизу. Она сидела в кресле, держала на руках ребенка. Ваня перебирал ее цепочку, снова спокойный и довольный.

Едва увидев меня, Лиза вскочила.

— Что ты сделал? Если полиция узнает…

— Успокойся. Я просто дал ему денег. Ничего противозаконного.

Она посмотрела на меня так, словно я совершил самый страшный грех ради нее.

— Я бы сама…

— Безусловно. Не сомневаюсь, — не сдержала я сарказма.

— Я все верну. Завтра, — выпалила Лиза, опуская ребенка в манеж.

— С депозита снимешь? Не стоит. Потеряешь проценты.

— Не твоя забота. Я все верну, — упрямо повторила она.

Я закатил глаза.

— Ладно. Как хочешь. Может все же обсудим наши дела?

— У меня с тобой нет никаких дел.

Лиза почти рычала. Очевидно, ее унижала сама мысль быть у меня в долгу. Что поделать. Очень скоро ей вообще придется смириться с моим присутствием в своей жизни. Это неизбежно.

— Уходи, Батурин, исчезни. Откуда ты только взялся, — окончательно разбушевалась она.

— Нет.

Ее упрямство одновременно раздражало и веселило.

— Тебе это нравится, да? Доминировать, приказывать, унижать и раскидывать кругом проклятые деньги. Все вы одинаковые. Что Марат, что Алан, что…

Я не выдержал и выбросил руку вперед, хватая ее за шею.

— Никогда. Слышишь? Никогда не смей сравнивать меня с отцом и братом. Поняла?

Лиза моргала часто-часто, но не плакала больше. Затравленный взгляд почти сразу стал ясным и каким-то безумным, но она снова прикрыла глаза. И все. Больше я не видел в ее глазах эмоций. Лишь безразличие.

Убрав руку, я моментально пожалел о несдержанности. Но так было всегда, когда меня сравнивали с Батуриными. Просто терял контроль.

— Извини. — Тут же сделал я шаг назад. — Не хотел. В сотый раз прошу. По-хорошему. Давай поговорим, Лиз.