— Я… — начал говорить Вархаммер, но сощурил глаза и как-то недобро растянул губы в улыбке. — Я вас понял, майор Арве. Вы правы, все-таки первое прибытие на Землю…

У меня уже не было восторга по этому поводу, хотя я мечтала с детства увидеть своими глазами колыбель человечества. Все стер Сехрум и алые глаза Рю.

— Спасибо, — быстро ответила командору и вышла в посадочное поле, где уже собралась вся команда. Ждали только нас. Я оглянулась, но командор уже ушел. На борту корабля оставались лишь два техника, что готовили его к консервации. Я выдохнула с огромным облегчением, радуясь, что мне удалось выскользнуть из невидимой игры Вархаммера, но расслабилась я рано.

— У вас перегрузка по численности, — сообщил по громкой связи в лендере один из техников. — На одного человека больше.

Все посмотрели друг на друга, не решаясь занимать кресла, и мысленно решая, кто тот несчастный, кого придется вывозить с корабля иным способом.

— Не знал, что у нас так серьезно с перегрузом, — ответил говорившему Гейс. — Лендер же должен быть рассчитан на команду.

— Он и рассчитан, Леон, — из динамиков послышался спокойный голос командора. — Но у меня случилось пополнение вблизи рунитского сектора. Что ж, майор, как истинный джентельмен предлагаю вам свой личный шаттл для приземления.

Леон кинул на меня быстрый взгляд, нахмурился и активировал браслет, прежде чем ответить Вархаммеру. Я видела, как его запросы в систему были заблокированы и он был вынужден подчиниться. Но меня удивило, что он не поверил про перегрузку. Все остальные тихо переговаривались и не обращали особого внимания на возникшую ситуацию, рационально полагая, что Гейс и командор эту ситуацию легко решат, но решал здесь только Молоток.

Я попрощалась со всеми и вышла обратно на поле стыковочной площадки. Эрик Вархаммер меня уже ждал, пряча за спокойствием едва уловимый блеск в глазах. Конечно, он торжествовал, ведь все равно все вышло так, как хотел он. И в тот самый момент мне хотелось зарычать и вцепиться ему в горло. Я ненавидела контроль, я жила под ним всю жизнь, как и он, но теперь… Теперь я знала разницу и не собиралась возвращаться в свой системный отсек для «звена Земного Союза».

Неужели он этого не видит?!

Вархаммер не преуменьшил — он действительно пригласил меня на обед в одно из самых дорогих мест на Земле, где еще подавали «живую» еду. Я впервые в жизни пробовала настоящие овощи, мясо и фрукты, а уж рыбу ела впервые. Он подливал мне то самое шипучее вино и был мил и внимателен, что пугало меня ни чуть не меньше его обычного жесткого обращения. Возможно, до встречи с Рю, я бы растаяла и поверила Эрику Вархаммеру, но не сейчас. Сейчас это выглядело издевательством над моими чувствами. Он хладнокровно огораживал меня стеной от единственного мужчины, которого я любила, и делал это мастерски.

На что он рассчитывал?

«На то, что Рю улетит, а ты останешься здесь и забудешь его», — подсказала интуиция. Не верилось, что Молоток может довольствоваться суррогатом в отношениях, но я не учитывала один немаловажный факт: он метил в трибуны и ему нужна была жена — женщина, способная выдерживать его характер, с незапятнанной послужной репутацией и желательно относящаяся к военным подразделениям Союза, чтобы хорошо понимала их устройство.

«Ты просто удачный объект для его планов», — продолжала советовать моя интуиция, и я с ней полностью соглашалась.

— Понравился наш обед? — спросил меня Эрик, когда принесли чай.

Наш! Я мысленно выругалась. Он стирал границы с изяществом бурильной машины.

— Это был незабываемы опыт, — призналась я честно и сделала глоток вкусного чая.

— Это мы еще не ужинали вместе, — сказал Молоток, хищно улыбаясь.

Космос забери, он заигрывал со мной в открытую. И что мне делать? Я опустила глаза и сразу же перевела тему.

— Раз уж зашла речь об ужине, то когда нам нужно прибыть в управление, чтобы подготовиться к завтрашней встрече?

Вархаммер нервно дернул уголком губ и, сделав небольшую паузу, ответил:

— После обеда сразу и вылетаем. В Квесториате нас уже ждут.

— То есть мы можем лететь сейчас?

Вархаммер сжал челюсти — я шла вразрез его планам и отказывалась косвенно подчиняться его желаниям. Я прекрасно это понимала и, конечно, делала специально. Он постарается преподать мне урок, если не сегодня, то завтра, но это все равно было лучше, чем создавать видимость подчинения, ведь командор мог зайти куда дальше в своих желаниях.

— Можем, раз вам так не терпится попасть в руки Раскова.

Он взмахнул рукой и к нему моментально подошел официант — еще одна особенность, которая поразила меня. Живой человек, обслуживающий других за едой, — такое я читала только в книгах. В нынешних реалиях все, кто мог работать на благо Земного Союза, вкалывали как проклятые в промышленных кластерах или на геофермах.

Я ничего не ответила, лишь кивнула, не желая показывать насколько огромно мое облегчение. Вархаммер вызвал кар из своего подразделения, и нас доставили в мекку генного контроля. На голоотпечатках, что я видела на Астероидах, здание выглядело хоть и внушительно, но как-то изящно и воздушно. Стоя же сейчас перед главным входом в высокую башню, сотворенную из дорогого стекла, я испытала огромнейшее давление, намного более сильное, чем в тот момент, когда я вступила на твердое покрытие космопорта. Тогда внутри меня завибрировали миллионы клеток, подстраиваясь под новую гравитацию, тело превратилось в пружину, готовое вот-вот выстрелить из меня позвоночником, но спустя час я уже могла держать стакан с водой без треморра рук и внутренней тянущей боли. А стоя перед Квесториатом, снова ощутила сильнейший прилив мучений.