— Комнаты и Хламовище?

— А также Производственный Сектор и Опытный. И отдел снабжения, и… Макс! — он умоляюще сложил руки перед грудью, выглядя, в общем, довольно комично. Но Ковальски, которому это отчаянное «Макс!» до боли напомнило выкрик Дары, досадливо поморщился.

— Ладно. Какой стратегией пользовалась в таких случаях Бестия?

С-стратегией?

— Ну, если отбросить в сторону дачу крупных взяток и нанесение тяжелых травм инспекторам, остается всего два метода прохождения комиссий. Первый — идеальный, когда после первых пяти минут инспектора думают: «О, нет, как в этом заведении все правильно, скрупулезно и скучно, пора сматываться, или мы не доживем до конца инспекции…»

— О! Мне кажется, я начинаю понимать. В таком случае, Фелла пользовалась вторым методом. Ну, понимаешь, когда после первых пяти минут инспектора думают, что не доживут до следующих пяти минут…

— Хаос?

— Именно после этих комиссий об Одонаре поползли столь зловещие слухи, — шепотом поведал директор, мимоходом срывая высокий василек. — Что до меня, я во время таких инспекций вообще опасался выходить из кабинета.

Макс хмыкнул, как бы говоря, что в этом-то он не сомневался.

— Какова численность неприятеля?

— Около полусотни.

— Просто нашествие какое-то.

— Видимо, они рассчитывали как раз на свое количество.

— Согласен, полсотни разнородных особей так просто в хаос не вовлечешь, кто-нибудь да пролезет. Ты же говорил, что среди них будут магнаты и даже нежить? Эти ваши… кровососы, нощники и прочие, из сотрудничающих с Семицветником?

— Да. И, Макс… Очевидно, возглавлять их будет Синий Магистр…

— Как-то я уже ставил диагноз его умственным способностям. Ну, ладно.

Ковальски задумался, и не сказать, чтобы это были приятные размышления. Второй раз разбирать сумку… Впрочем, в сумке-то как раз ничего особенного нет. Дурацкая инспекция. И, наконец — еще сколько-то дней здесь, чересчур близко от нее, с ощущением этой треклятой хрустальной стены между ними…

— И скоро они прибудут? — наконец выговорил он.

— На восьмой день, считая от сегодняшнего.

— Немилосердно по отношению к вам, но мне-то времени хватит. Шутка в том, чтобы научиться с ней обращаться учеников и пару-тройку сотрудников…

— С ней, Макс? Ты говоришь о стратегии?

— Я говорю о звере, которым намерен затравить эту твою комиссию. О звере, который, в принципе, известен здесь, только вот всё же не на уровне моего мира. А там мало кто ему может противостоять.

— И этот зверь… — начал Мечтатель, наклоняясь к Ковальски поближе, чтобы услышать тайну.

Макс театральным шепотом произнес одно-единственное, жуткое слово:

— Бюрократия!

* * *

Группе пришлось отправляться во внешний мир без Ковальски, причем остальные об этом узнали непосредственно в день выхода. После чего дружно обругали разгильдяйство, царящее в артефактории (в Одонаре модно было ругать разгильдяйство, и оно почему-то всегда представлялось зловредным призраком, не зависящим ни от кого и существующим самостоятельно) и выслали делегатов за дополнительными инструкциями.

В роли делегатов выступали заинтригованный Кристо и задумчивая Дара. Эти двое застали Макса в директорском кабинете в компании с кружкой кофе, несколькими центнерами бумаг и Экстером Мечтателем. Макс разбирался с документацией, и вид у него был — точь-в-точь чинуша из Семицветника.

При виде этого зрелища «Ковальски на месте Бестии» Кристо подумал: а надо бы пересидеть эту комиссию во внешнем мире, да и дело с концом.

— В почасовке тут сам черт ногу сломит… я не понимаю, у вас тут вообще есть такое понятие, как почасовка? Ладно, о клинике потом. Значит, обучение проводится до сдачи классификации на следующий уровень, но существуют средние сроки обучении: теорик — три года, практёр — три года, практикант — два года, а дальше — взрослые квалификации. Это от нулевого уровня, а что вы делаете с теми, кто не на нулевом?

— Мы определяем уровень и отправляем их на нужную ступень обучения, — отвечал Экстер, с тревогой косясь на уровень кофе в кружке собеседника. На директора была возложена почетная обязанность уровень пополнять. — Макс, здесь Дара и Кристо.

Он напомнил это в третий раз, потому что предыдущие два никакого впечатления не произвели.

Макс и на этот раз не поднял головы, но изволил обратить на новоприбывших часть драгоценного внимания.

— Катитесь отсюда, мне некогда, — буркнул он. — Прощальных лобызаний не будет. Кофе привезите.

Прощальное отцовское напутствие гида над оперативниками было изречено. Оперативники переглянулись, развернулись дружно отправились во внешний мир за кофе и тайником Ягамото.

Они вернулись через пять дней, имея при себе одного раненного, массу артефактов и катастрофическое нежелание рассказывать об этом путешествии. Кристо удивил Мелиту, когда на ее вопрос: «Ну что, ты, конечно, совершил что-нибудь исключительное?» — почесал подбородок и ответил:

— Ну, вроде как… гм. И мы… это… потом с тобой сходим куда-нибудь, ладно?