Шрифт:
– А ты самый настоящий идиот! – не выдержала Нина, – откуда ты знаешь, что надо женщинам? Ты женщина? Это ты в своем клубе ерунды наслушался?
Арсений Васильевич, вернувшийся домой, застал самый разгар скандала. Он попытался было вмешаться, но дети его не слушали, и он, махнув рукой, ушел к себе в спальню и на всякий случай не выходил до тех пор, пока Володя не ушел.
Как-то на уроке в класс вошел энергичный парень:
– Здравствуйте, товарищи учащиеся! Меня Евгений зовут. Городской комитет комсомола направил меня к вам, чтобы организовать у вас комсомольскую ячейку.
Нина обрадовалась:
– О, расскажите! Вообще побольше про комсомол.
Володя улыбнулся. Должна была быть проверочная работа, и Нина была готова слушать о чем угодно, лишь бы ее не писать.
Парень вниманию обрадовался:
– Ну тогда слушайте. Комсомольцы – это молодые большевики, борцы за дело Ленина… про Ленина-то все знают?
– Тоже мало, – сказала Нина.
– Никакого у вас в школе политического воспитания! – нахмурился парень.
– Нет, оно есть, нам много рассказывают, просто я учусь плохо, – вздохнула Нина, – вы расскажите, расскажите!
Евгений с интересом посмотрел на Нину. Она улыбнулась ему.
– Ну слушайте… товарищ Ленин выступал за то, чтобы все были равны, не было богатых и бедных, чтобы нами правил не капитал, а мы бы правили сами. Мы сами управляем своим обществом, мы строим новый мир, мы за мировую революцию!
Володя незаметно зевнул. Все это было скучно и невнятно, куда интереснее рассказывал товарищ Зальцман в клубе.
– А вы – вы хотите принимать участие в общем деле?
– Это что, все? – испугалась Нина, – вы нам еще расскажите, что там в комсомоле…
Парень улыбнулся:
– Расскажу. Кто хочет записаться в комсомол – подходите ко мне!
Около стола собрались ребята. Нина, поняв, что проверочная работа не состоится, к комсомолу интерес потеряла и вытащила какую-то книжку.
Зазвенел звонок, ребята выбежали из класса. Володя задержался, Нина вышла первой. Он догнал ее на крыльце – и не одну. Около нее стоял Евгений. Чуть в отдалении паслись Надя с подружкой.
Володя нерешительно остановился. Казалось бы – чего проще, подойти, позвать Нину и идти домой.
Евгений что-то говорил Нине, она, улыбаясь, качала головой. Володя решился и подошел ближе.
– Может быть, давай я тебя провожу и расскажу подробнее?
– Нет, спасибо. Володя, а я тебя жду! Спасибо за рассказ, Евгений, нам пора.
– А ты, парень, в комсомол не записался? – спросил Евгений.
– Нет.
– Почему?
Володя неопределенно пожал плечами.
– Не записался.
– Это я понял. Почему?
– Потому! – разозлился Володя на его тон, – пошли, Нина!
И пошел прочь. Нина побежала за ним.
– Ну, куда ты так летишь? – недовольно спросила она, – погоди, я не успеваю.
Володя замедлил шаг. Некоторое время они шли молча.
– Володя, а почему ты вправду не записался в комсомол? – спросила Нина.
Володя обернулся:
– И ты туда же? Я не хочу.
– Но ты же ходишь в клуб, что-то делаешь там. Тебе все это интересно, ты читаешь, ты разбираешься.
– Разве чтобы что-то делать и разбираться – обязательно быть в комсомоле?
– Да нет, конечно,– вздохнула Нина, – необязательно. Ладно… скажи лучше – на что ты злишься?
– Не на что, – буркнул Володя, – слушай, давай сейчас к тебе пойдем или ко мне, я тебе хоть объясню по алгебре.
Нина вздохнула:
– Ну пойдем, что же делать…
Сразу сесть за алгебру не получилось – сначала Нина хотела есть, потом убирала посуду, потом сказала, что надо выпить чаю, потом искала карандаш. Едва они раскрыли учебник, как пришел Арсений Васильевич.
– Занимаетесь? – спросил он.
– Хитрим, – вздохнул Володя.
– Да иди ты к черту! – вдруг крикнула Нина, – отстань от меня со своей дурацкой алгеброй, занимайся сам!
И выскочила из комнаты, хлопнув дверью.
Володя растерянно смотрел ей вслед. Арсений Васильевич тоже растерялся:
– Вот те на… что сделалось с ней, Володя?
– Не знаю, – сказал Володя, – может, я обидел? Я пойду, Арсений Васильевич.
– Иди, Володенька. Что это с ней, может, чувствует себя плохо?
Володя пошел домой. В самом деле, что это с ней? Девчонки… у Эли тоже бывали такие перепады настроения, мама не обращала внимания: