– Зачем ты распустила волосы? – она недовольно поджала губы.

– Я не успела их собрать.

В последнее время ложь все чаще звучит из моих уст.

– Не будь такой неопрятной. Собери волосы. Ты поела?

– Да.

– Иди на урок, а то опоздаешь. Игорь Дмитриевич и так хорошо с тобой обращается, что разрешил бесплатно посещать его занятия, не заставляй его разочаровываться.

– Хорошо.

Я вновь заплела одну косу, собрала вещи и вышла из дома. Только свернув за угол, где меня было не видно, я распустила волосы и заколола так, как делала прежде.

Пару раз я ловила взгляд посторонних людей. От этого было так неловко, что каждый раз я порывалась заплести волосы. В их взгляде читалось… заинтересованность, если это можно так назвать. Это то, к чему я не привыкла.

Зайдя в класс, я споткнулась о порог, и ребята вместе с профессором повернулись в мою сторону.

– Здравствуйте.

– Привет-привет! – улыбнулся своей красивой улыбкой Игорь Дмитриевич. – Сегодня у Оксаны день рождения, вот она притащила сладости, будем чай пить. Присоединяйся!

Игорь Дмитриевич похлопал по стулу рядом с собой, и я присела. Я была очень близка от него и чувствовала, как от него исходит аромат яблок и корицы. Он пододвинул мне пластиковый стаканчик с соком.

– С Днем Рожденья! – сказала я Оксане.

Она меня поблагодарила, и мы принялись есть. Ребята с профессором оживленно беседовали на тему не касающаяся истории, а я просто слушала.

Пару раз Игорь Дмитриевич спрашивал моего мнения, вовлекая в разговор, но я не всегда находила что ответить. Я вновь вспомнила случай на лекции, когда не смогла ответить на его вопрос.

– Игорь Дмитриевич, а вы женаты? – вдруг спросил кто-то из ребят.

Я затаила дыхание.

– Ребята, если я и женат, то только на истории, – подмигнул он и почему-то посмотрел на меня.

Я поспешно отвела взгляд и пригубила чай, но он был настолько обжигающим, что я вскрикнула и выплюнула обратно.

– Ну что ты такая рассеянная, – вздохнул профессор и взял салфетку со стола.

Я думала, что он мне ее протянет, но никак не ожидала, что он сам промокнет мне губы. Его большой палец даже слегка задел нижнюю губу, отчего я почувствовала, будто электрический заряд прошел по всему телу и остановился где-то в запретной области, ниже живота.

Мы посидели совсем недолго, и профессор начал свои занятия. Материал вновь пролетал мимо моих ушей. Неожиданно за полчаса до конца урока Игорь Дмитриевич приостановился и решил отпустить всех. Сказал, что это в честь дня рождения Оксаны, чему та очень конечно же была безумно рада и даже обняла его, прежде чем уйти. И это снова не приятно кольнуло у меня в груди.

– Ты куда собралась? – удивленно спросил меня профессор, как только я собралась выйти.

– Вы же отпустили нас, – ответила я.

– Ну да, я помню свои слова. Ты не хочешь меня подождать?

– Сейчас еще рано и я…

– Жди меня, – отрезал он.

Мы вместе спустились к его машине, и профессор галантно приоткрыл для меня дверцу.

– У меня есть кое-какие дела в центре, надо бумаги забрать. Ты не против прокатиться?

Я смогу подольше остаться с ним наедине. Эта мысль мне очень понравилась, отметая в сторону все мамины предостережения. В последнее время я заметила, что становлюсь более самостоятельной в своем выборе. Но все же не рискую идти на поводу новой черты, мама была бы недовольна и мне могло это сильно повредить.

– Не против.

– Никогда не думал, что распущенные волосы могут быть такими красивыми, – вдруг произнес Игорь Дмитриевич, когда мы остановились у красного светофора. – Ты очень красивая с распущенными волосами.

Мои губы невольно приоткрылись от такого комплимента. Никто и никогда не говорил, что я красивая или что у меня красивые волосы. Мама говорила, что быть умной лучше, чем быть красивой. Красота – она от дьявола. Все ее хотят, но никто не может обладать ею вечно.

– Почаще их распускай, поверь, сразишь парней наповал, – на его прекрасном лице снова расцвела мальчишеская улыбка, и я ненадолго залюбовалась.

Все чаще ловлю себя на мысли, что не могу отвести от него взгляд. Но прямо в глаза смотреть ему боюсь.

– Спасибо.

Когда мы приезжаем к высокому зданию, он просит меня подождать, а сам хватает какой-то сверток и выходит. Через пары минут он возвращается и мне кажется, что Игорь Дмитриевич уже не в том радостном настроении, когда выходил из машины. Он садится и резко дергает ремень. Затем также резко срывается с места.

– Все хорошо? – все же решаюсь спросить я.

– Да, все нормально, – отвечает он сухо.