Когда вечером Нико сказал — что завтра они возвращаются в Спарту, в сердце у Диармайда словно оборвалась натянутая нить, постепенно истончающаяся к концу месяца. Сон никак не приходил, разбушевавшееся волнение, надёжным щитом отгородило от покрывало морфея, пока Диармайда не сморила усталость и не пришёл ещё один, тревожный сон…

Празднество было оживлённым и шумным, зал гудел от разговоров, повсюду слышался смех и стук кубков. В тронном зале, за длинным деревянным столом, собрались гости и знатные господа, отмечая помолвку Финна и принцессы Грайне. Девушка сидела подле отца, молодая и красивая, она привлекала к себе взгляды всех: женственная, хрупкая фигура, яркие веснушки на мраморной коже и огненные длинные волосы.

— Диорруинг, — обратился к друиду Диармайд. Парень отрешённо вертел в руках гусиную ножку и даже не обратил внимания на то, что его позвал побратим. — Эй, — Диармайд потряс его за плечо.

— Что? — огрызнулся друид.

— Что с тобой? — тот только пожал плечами и вернулся к своему увлекательному занятию. Он был молод и ещё не привык к потерям на войне. Диармайд это понимал, он и сам через подобное прошёл.

Мёд был чудо как хорош, сладкий и хмельной, он быстро дурманил голову. Диорруинг напившись повеселел и пошёл к толпе мужиков, в конце зала, коротавших вечер за игрой в кости. Было поздно, празднество перешло в пьяное застолье.

Целый вечер Диармайд повторял в голове мантру: «не создавать проблем дяде». Если он продолжит пить — проблемы снежным комом налетят на него, так было всегда. Чувствуя покалывание в пальцах и лёгкое головокружение, Диармайд немного неровной походкой вышел на улицу. Моросил мелкий дождь, обычное дело для осенней поры, он встал под кордегардией, нависшей над входом.

Приятная прохлада бодрила и отгоняла хмельной дурман, с возвышенности были видны огни деревни.

— Ты и есть тот знаменитый Диармайд? — девушка вышла из шумного зала, её платье скрывала чёрная накидка.

— Он самый, — не оборачиваясь ответил воин.

— Про твою доблесть и красоту уже давно ходит молва, — встала рядом с ним принцесса.

— И это доставляет мне много проблем, те кто мечтает о славе и известности, сами никогда не несли это бремя.

— Разве не ради подвигов мужчины так рвутся в походы, или это просто отговорка, чтобы оставить дома жён и детей?

Диармайд улыбнулся, боясь поворачиваться к девушке стороной, где была злосчастная родинка.

— Есть и те, для кого именно эти причины играют самую весомую роль, дядя не из таких.

— Вот как? — грустно сказала Грайне. — И какие причины гонят тебя в бой, Диармайд чарующее пятнышко.

— Я не умею ничего другого, с детства меня учили только держать в руках копьё. Разве можно обвинять пастуха в том, что он пасёт овец, или винокура в том, что он делает вино?

Грайне обошла Диармайда и встала перед ним, воин быстро прикрыл свою родинку рукой, на лице девушки появилась озорная улыбка.

— Убери руку, я хочу взглянуть на твою родинку. Отказать ты не имеешь права, это приказ принцессы, — Диармайд нехотя убрал ладонь, Грайне улыбнулась, пристально вглядываясь в маленькое чёрное пятнышко под глазом.

— Не чувствую я непреодолимого влечения к тебе. Это всё были просто досужие сплетни?

Из зала вышел Диорруинг, он был сильно пьян, его стошнило. Диармайд поспешил к друиду.

— Оставь меня, со мной всё нормально, — пьяно отмахнулся парень, Диармайд схватил его за шиворот и поволок в комнату, которую выделил отряду король, кивнув напоследок недовольной принцессе.

Для Диармайда было отведено отдельное помещение. Не желая спускаться к застолью, он разделся и уже готовился идти спать, когда в открытую дверь прошмыгнул человек в плаще. Из-под чёрной ткани выбивалась рыжая прядь.

— Что ты забыла здесь принцесса? — в голосе Диармайда сквозил холод.

— Мир так жесток, в этом году мне исполнилось всего шестнадцать лет, а отец отдаёт меня мужчине, чью голову уже покрыла седина. Грайне сбросила капюшон, под её глазами были видны дорожки слёз, нос был красным, а руки, которыми она сжимала ткань накидки, дрожали.

— Прочь! — Диармайд схватил её за запястья и потащил к выходу, девушка упиралась и собиралась закричать, но воин закрыл ей рот рукой, она попыталась укусить, но не смогла оставить даже следы зубов на его коже. Свободной рукой Грайне достала из кармана пузырёк с розовой жидкостью, и раздушила его о кожу Диармайда. Стекло было тонким, оно захрустело, впиваясь осколками в ладонь девушки, но она не издала ни звука.

Дыхание Диармайда участилось, сердце застучало быстрее, на ладонях проступил пот, в голову начали плыть похотливые мысли. Грайне победно улыбнулась, она смогла освободить свою руку и отступила на шаг, тонкие подрагивающие пальчики развязали тесёмки плаща, он сполз на каменный пол. Девушка была голой: небольшая грудь с ярко-красными ареолами сосков, бледная кожа, как звездное небо была покрыта множеством веснушек.

— Будь ты проклята! — хрипло сказал Диармайд, его плотские желания с каждым вздохом становились всё сильнее и сильнее, он не мог себя сдерживать и как волк набросился на девушку и… Ди проснулся. Он видел, как его предок переспал с принцессой, но затем, сон прервался. Не плавно, как обычно, а внезапно, резко.