Татуировка полоснула резкой болью.

Михаэль потёр запястье — помню я про жену. Помню!

Но запястье продолжало дергать, и граф встревожился — неужели, с Гвинет что-то случилось? Или — с детьми?

Целый день, путешествуя по замку потайными ходами, он достаточно насмотрелся и наслушался. В том числе имел удовольствие полюбоваться на опекуна и его семейство. Приния же, пока, ничем себя не выдала, он видел её несколько раз через смотровые отверстия. Экономка активно выполняла свою работу и ни с кем про графа не говорила.

Он собирался заглянуть в покои Гвинет — клин клином вышибают, увидеть свою беременную жену, напомнить себе, ради кого он отказался от зельеварки.

Но с Гвинет постоянно находились, то Цилен, то другой, незнакомый ему, лекарь, и граф решил не рисковать. Конечно, сквозь стены целители видеть не могли, но они оба одаренные, поэтому был риск, что кто-то из них обратит внимание на усилившуюся родовую магию замка. И так удивительно, почему никто за весь день не заметил, что парящий дракон на шпиле главной башни, сложил крылья, сел, опустил голову и теперь смотрит вниз, на крышу, сигнализируя, что в замок вернулся его хозяин.

Шагнув из портала прямо в холл замка Гроув, Энгель сразу отправился в комнаты, выделенные для него двоюродным братом.

— Лорд, прошу прощения, но вам нельзя без доклада! — серый от ужаса дворецкий заступил ему дорогу.

— С каких пор? — рыкнул барон. — Ты ослеп или пьян, что не узнаешь меня?

— Я узнаю, — пролепетал дворецкий, — но Его Милость барон Кроуф, который назначен Его Величеством опекуном вдовствующей графини, приказал без его позволения никого в замок не впускать.

— Грах, — Делаверт с ненавистью посмотрел на слугу, будто тот был причиной его задержки. — Но здесь мои комнаты, в них — мои вещи.

— Уже нет, лорд Делаверт, — горестно вздохнул дворецкий. — Его Милость, барон Кроуф приказал всё выкинуть, а комнаты убрать и опечатать.

— Опечатать? Выкинуть? Да, что он себе позволяет??! — взбешенный Энгель стремительно обогнул согнувшегося в поклоне мужчину и широкими шагами стал подниматься по лестнице. — Найдите все вещи и верните их в МОИ — барон выделил голосом — комнаты. Где сейчас Кроуф?

— В кабинете, полагаю, — дворецкий не знал, что ему делать.

Трясти слуг и лакеев, возвращать вещи барона и открывать покои или дождаться результата разговора опекуна с кузеном? Если кузен победит, слугам влетит за нерасторопность. Если победит опекун, слугам прилетит за расторопность. Спросить у Её Милости, супруги Кроуфа? Ох, нет, тут только женщин не хватает!

— Как это понимать? — дверь в бывший кабинет Михаэля, барон открыл ногой. — Мне доложили, что мои вещи выбросили, а комнаты опечатали — с какой стати, я вас спрашиваю?

— Я попрошу! — приподнялся с кресла Кроуф. — Его Императорское Величество назначил меня опекуном графства, пока наследник не подрастет. Так что, до этого момента я полноправный хозяин всего, что есть в этом замке. И никто другой, ни кузены, ни сам император не смеют врываться в мой дом без спроса!

Энгель повёл рукой, и Рольфа впечатало назад в кресло.

— Ваш дом, уважаемый, находится за границей графства Гроув. Вы здесь не полноправный хозяин, а наёмный работник, управляющий, которого приставили следить за землями и беречь чрево графини. Если вы не согласны, я немедленно извещу об этом Его Светлость, герцога Д*Арси.

Несколько мгновений опекун буравил взглядом кузена, но потом сдулся, будто из него выпустили воздух.

— Моё дело — хозяйство и экономия, — буркнул Рольф. — Вы уехали, сколько проболтаетесь — неизвестно. Тратить человеческие ресурсы на поддержание порядка там, где никто не живет — непозволительная роскошь. Я прикажу, покои откроют, освежат, и вы сможете в них остановиться.

— Большая любезность с вашей стороны, — Энгель кивнул головой. — А мои вещи? Мне передали, вы велели их выбросить?

— Напишите список, что пропало, я постараюсь возместить ущерб.

— Хорошо. Но имейте в виду — я проверю лично, как содержится и питается графиня, и немедленно отправлю отчет Его Светлости. Грах знает что — меня! Ближайшего родственника Гроув! — попытались не пустить в замок моего двоюродного брата!

— Покойного брата, — вставил Рольф и, скривившись, попросил: — отпустите меня.

Энгель небрежно дернул пальцами, и барон с облегчением поднялся.

— Вы видели тело моего кузена?