— Врачи говорят: полный покой, и тогда рожу в срок.

— Ну значит, свяжи себя по рукам и ногам и начинай бездельничать. Раз уж забеременела — дохаживай.

— Ира…

— Угу.

— Я же вижу: что-то случилось.

— А я вижу; что тебе запрещено волноваться.

Ирина:

Я подняла голос на детей. Первый раз в жизни. И если бы мужа не оказалось дома, кто знает, чем все закончилось бы. Вполне возможно, что и шлепков надавала бы.

Неугомонные тройняшки, узнав о появлении в доме Арта, сначала просто его не замечали, как не замечают не плодовое дерево, одиноко стоящее в глубине плодового сада: растет себе, и ладно, съедобного ведь ничего от него не получишь, значит, можно и стороной обойти; но потом, из разговоров слуг, услышали нужную информацию: новенький мальчишка — их брат, такой же сын герцога, как и они. Да, внебрачный. Но это не отговорка. Ритон вон тоже внебрачный, а активно участвует во всех их проделках. И вообще, «брачный или внебрачный», как однажды выразился тогда еще пятилетний Витор, какая разница, это деление глупые взрослые придумали. А пацаны прекрасно поняли другое: у их любимого отца появился новый сын, не от мамы. Все. Слезы. Предательство. Ревность игристым вином вспенилась в венах, будущие драконята, забросив все другие дела, помчались разбираться с вымышленным противником.

Несчастный бастард к тому времени уже успел принести клятву роду, а значит, физически не мог причинить какой-либо вред наследникам отца. И тройняшки, внаглую воспользовавшись данным фактом, начали его избивать. Ритон, заметив, что мальчишка не дерется, а только защищается, бросился к взрослым, то есть к Ингире. Та поспешила ко мне.

Привлеченный, как он потом объяснил, моей эмоциональной нестабильностью, появившийся из кабинета Варт застал дивную картину: полностью невменяемая хозяйка дома орет на маленьких невинных деток, а те куксятся, готовясь разрыдаться из-за незаслуженной обиды. Супруг поспешил во всем разобраться. Итогом «разборок» оказалась быстрая отправка Арта порталом в одно из дальних поместий. Мелких же лишили магии на месяц и другим порталом переправили к бабушке. На таком жестоком, с точки зрения сыновей, наказании настояла я, решив, что чересчур активным сорванцам не повредит немного остыть от бойни. Да и Аренила любимых внуков давненько не видела, соскучилась, небось. Объяснять детям недостойность их поведение я решила после незапланированных каникул: боялась, что до тех пор не выдержу и снова сорвусь на крик.

Ирма своим нездоровым видом тоже не порадовала. Третья беременность, четвертый ребенок, и все это невероятное счастье — в сорок лет. Вот где были ее куриные мозги, когда она забывала предохраняться? Подруге о домашних неприятностях я, естественно, не рассказала. Вот еще, начнет переживать непонятно по какому поводу, появится очередная угроза выкидыша. А оно мне надо? Зато узнала, что ее кавалер пострадал немного от неразделенных чувств и наконец-то сбежал в другой район. Правильно, с глаз долой — из сердца вон. Побыстрей мсье гуляка к жене вернется. Ну или кралю какую, посговорчивей, взамен найдет.

Дело о возможном привороте Императора привело Варта к целой группе заговорщиков, мечтавших поставить возле Дженераса своего человека, преданного только им, чтобы иметь возможность влиять на политику и финансы. Ну еще бы, кто ж откажется прибрать к рукам власть и деньги, пока Его Величество развлекается во время длительного медового месяца с молодой любимой женой, пусть и не красавицей? Три дворянские семьи, довольно титулованные, надо признать, нехотя отправились на постоянное место жительства в Азирию — разбавить новой кровью тамошнее тухлое болото, еще две сразу же переселились в диппосольство на Аверней. Слуг заменили другими, более верными людьми.

И все, казалось бы, закончилось благополучно, да только в ножки Императору на одном из приемов внезапно упала одна графиня из захудалого и не особо богатого рода. Женщина рыдала и клялась, что ее ненаглядную кровиночку, единственного сына, умненького, заботливого, любимого мальчика, и прочее, и прочее, Эрика ранос Вальта, приворожила какая-то певичка.

И все бы ничего, не она первая, не она последняя отчаянно пытается пролезть в кастовое высшее общество с помощью различных незаконных манипуляций, включая и привычный дворянам приворот, но вот только проблема состояла в том, что единственный наследник рода потерял голову настолько, что мгновенно забыл многовековые традиции своей родины и мудрые наставления родителей и всерьез вознамерился жениться на той самой певичке и подарить ей свое гордое имя. А это уже, извините, мезальянс. Как такое допустить? Правильно, никак. И если своими силами несчастные родители не справляются, надо обязательно идти на поклон к Императору, мол, спаси нас, отец родной, из беды выручи, век не забудем, верой-правдой служить и тебе, и стране нашей будем. Дженерас внимательно выслушал слезливую историю, проникся проблемами рода и отправил Варта проверить возможность приворота. Супруг, смирив непомерную гордыню, заставил себя поужинать в тесном семейном кругу у бедных графов, но ни малейшего воздействия не обнаружил. А дальше…

— Милая, ты все равно скучаешь.

— И?

— Ира..

— Нет, мне очень интересно, что последует дальше: шантаж или подкуп?

— Родная, ты ведь так любишь появляться в этих обрывках брюк на глазах у слуг…

— Шорты. Они называются шортами, пещерный ты человек.

— Пусть так. Ты ведь и летом можешь в них появиться. Среди своих подруг, естественно.

— To есть все же подкуп. Ладно, договорились, пообщаемся с этими потенциальными новобрачными. Варт, не хмурься. Ничего непоправимого с твоим высшим обществом не случится, если парень и правда влюбился, сам, без приворота.

— Да на здоровье. Жениться зачем?

Подушка, как и следовало ожидать, до цели не долетела.

Привороты-отвороты, порчи, ворожба, куклы вуду, снимаю сглаз, вешаю на уши. Ничего нового, ничего интересного, ничего достоверного. Не верила я в подобные штучки, когда жила на Земле, считала их глупостью, наивной верой в чудеса, неспособностью мыслить рационально, неверием в собственные силы и возможности. Здесь же, не по своей воле выйдя за черного мага, осознала, что зря не верила. В дела мужа я вникать не желала, но прекрасно понимала, что ничем добрым и милым герцог в своих лабораториях не занимается, иначе вряд ли стал бы называться ЧЕРНЫМ магом. Пару раз столкнувшись с проявлением его сил на приемах в императорском дворце, к самой магии начала относиться, мягко скажем, с опаской. Но привороты с помощью трав, как это делали те же кикиморы, не допускала все равно.