Помочь мне ему было нечем, так что я ограничился осмотром и бытовым советом – завязывать с пьянками. К моему удивлению, теперь он смотрелся почти молодцом.

– Здравствуй, голуба моя, – поприветствовал меня надворный советник, как и денщик, дыша в сторону, – извини, что побеспокоил, но служба есть служба.

– Здравствуйте, Александр Васильевич, – ответил я, – как себя чувствуете?

– Отменно, Алеша, – перейдя на домашний тон, ответил он, – как по твоему совету перестал пить, сразу полегчало. Я тебя вызвал по делу. Ты, поди, слышал, что вчера в лесу нашли убитых разбойников?

– Сегодня утром Котомкин рассказал.

– Это который? Портной? Ну, и что ты по этому поводу думаешь?

– Ничего не думаю, – делано удивляясь, ответил я, – мне-то до того что за дело? Убили и убили, туда им и дорога. Говорят, это были очень опасные люди.

– Оно-то правда. Да в городе слухи ходят, что случилось это не без участия приезжего лекаря, то бишь тебя.

– Мало ли, что люди болтают. Может, и видел меня, какой-нибудь мальчонка за городом…

– Да кабы один мальчонка, – перебил меня Киселев, – так ведь и Петрова-печника баба видела, как ты по полям бегал, а за тобой какие-то мужики гонялись, и трактирный целовальник, хотя ему веры и мало, пьян всегда, тоже говорит… Мне бы и дела не было, да премию за убиенных назначили… Ты, Алеша, сам этим не интересуешься?

– Нет, – твердо сказал я, – премией не интересуюсь. Вы бы ее себе, Александр Васильевич, истребовали, как попечитель городского благоденствия, и вообще… за организацию поимки опасных преступников.

По выражению лица уездного начальника было видно, что такая идея пришла в голову не только мне. Он смущенно крякнул и пожаловался:

– Оно, конечно, и по чину, и для упрочения власти, да и начальство увидит рвение… Ну, а как явится кто и потребует награду себе? Конфуз может получиться.

«Какое наивное время, – подумал я про себя, – совеститься таких мелочей!»

– Это вряд ли. Уверен, что не явится, – успокоил я старика.

– Уверен? – с сомнением в голосе спросил он. – Думаешь, не обуяет героя корысть?

– В этом можете быть совершенно благонадежны, не обуяет.

– А не мог бы ты мне, Алеша, по дружеству рассказать, как ты себе то дело представляешь, что там, в лесу произошло с разбойниками? Не для передачи, а исключительно токмо ради разговора?

Старый пьяница был мне симпатичен, к тому же не стоило портить с ним отношения. Поэтому я решил коротенько рассказать о том, что тогда случилось:

– Разбойники знаете что придумали? Начистили медную пластину и подвесили на веревке на дереве. Получилось вроде блесны.

– Какой такой блесны? – не понял старик.

– Ну, вроде приманки. Тарелка качается, и как на нее попадает солнце, – блестит. Они же сидят в засаде, пока не найдется любопытный посмотреть, что это в лесу светится.

– Умно придумали.

– Вот и в то утро нашелся один такой любопытный, они его и окружили. Он видит, что ему одному с ним не справиться, и пустился бежать, а они за ним. Он бы, может, просто убежал, да как на грех, подвернул ногу. Вот и пришлось ему думать, как вступать с разбойниками в бой. Они же разделились и начали искать его по всему лесу. А у этого человека с собой не было никакого оружия. Вот он и придумал, чем защищаться, нашел камень фунта в три веса, завернул его в рубаху, и получилась у него то ли праща, то ли кистень.

– Умно, ничего не скажешь.

– Подкараулил одного из братьев Собакиных и стукнул его по голове.

– Знатно стукнул! – похвалил Киселев.

– Забрал оружие у покойника и привязал его нож к палке, сделал себя что-то вроде рогатины, да и выследил оставшихся двоих Собакиных. Те к этому времени разделились, и нападения не ожидали. Сначала он встретил старшего, тот бросился на него с ножом, а наш человек опередил его и заколол рогатиной. А вот последнего брата он не убивал, средний Собакин сам умер. Сердце не выдержало.

– С чего это ему было помирать?

– Может, за братьев переживал, или чего испугался…

– Чего же ему было пугаться, коли он разбойник и сам кого хочешь, напутает?! – искренне удивился уездный начальник.

– Кто его знает, может, больной был, грудью маялся. С виду здоровый, а внутри хворый… А вот с атаманом по-другому получилось. Он первым выследил нашего человека и уже хотел его застрелить, да забыл на полок пороха подсыпать. Пистолет и дал осечку, а человек не сробел и успел его ножом достать.

– Не было там пистолета, – не поверил Киселев.

– Был, только его, видимо, кто-то уже себе прибрал. Так что спокойно получайте награду, никто на нее зариться не будет.

– Ну, спасибо тебе, Алеша, выручил. Теперь я твой должник. А почто сам не хочешь? – он не досказал и вопросительно поднял брови.

– Зачем? Я и медициной могу заработать. Тем более что тогда придется в городе остаться, а мне скоро по делам нужно будет уехать.

– Ну, воля твоя. А я твоего рассказа никому передавать не буду. Обещаю.