— Пока я рядом, этот придурок носа своего сюда не сунет. Паскаль и Кеннет тоже могут отвалить. Насчет Боунза — можно подумать.

Ее милый смех снова и снова наполняет меня теплом.

— Боунз наш друг. Он присматривает за мной. Он присматривал за мной, когда... — в мгновение ока ее слова становятся тяжелыми и далекими.

Черт возьми, Кейди такая хрупкая. И я рад, что я дома. Теперь я смогу собрать ее по кусочкам.

— Теперь я здесь. Боунз может тусоваться с нами, пока на нем рубашка. Никому не хочется видеть это дерьмо, — дразнюсь я и стараюсь снова расположить ее к себе.

Ее голубые глаза, встретившись с моими, оживают.

— Я знаю, у него есть футболки. Клянусь, тетя Сьюзи покупает ему новую каждый раз, как он выходит. Все черные, как он любит. Но этот чертов дурак никогда их не носит. На многих из них до сих пор висят этикетки.

— Я заставлю его их носить. А сейчас давай закончим этот ужин тем, что я пересплю с тобой, — я выбираюсь из машины и неторопливо подхожу к двери с ее стороны.

Я открываю дверь, и она подает мне свою руку.

Я помогаю ей выйти.

Она сразу оказывается в моих руках, и я кайфую от ее девчачьего визга.

Я вглядываюсь в ее лицо, по которому так скучал все эти годы.

И не могу не вспоминать о прошлом. 

— ПЕРЕСТАНЬ ЩЕКОТАТЬ МЕНЯ, ЙЕО АНДЕРСОН! — кричит Кейди, и ее лицо становится пунцовым.

— Шшш, — ворчу я на нее и смеюсь. — Ты разбудишь свою бабушку.

Я устраиваюсь на диване между ее молочных бедер и прижимаю ее руки своей. Моя свободная рука покоится на ее чувствительных ребрах. Я не могу не смотреть на ее пухлые розовые губы. Такие яркие и полные.

— Я бы весь день на тебя смотрел, — говорю я ей с улыбкой.

Ее всегда встревоженный взгляд становится мягче. Внезапно охватившая меня нежность заставляет отпустить ее руки и прикоснуться к ее лицу.

— Так смотри, — выдыхает Кейди. Ее рот приоткрыт.

Я так и делаю.

Я изучаю ее гладкий лоб.

Он все еще красный. Как и щеки. От напряжения — когда я щекотал ее. Ее темные брови идеально сочетаются с волосами. Они сдвинуты вместе — Кейди тоже наблюдает за мной. Ярко голубые глаза светятся любовью и чистотой. Такие сверкающие! Я почти ослеп. Ее дерзкий носик расширяется с каждым неровным дыханием. Но ее губы… — вот на что я хочу смотреть больше всего.

Накрыв ладонями ее щеки, я касаюсь большим пальцем краешка ее рта.

Мягкий как всегда.

Мне никогда не надоест быть с ней.

— Я тебе не по силам? — спрашивает Кейди удрученным голосом.

Я кривлю губы так, будто она вдруг стала на три головы выше меня.

— Ты сейчас серьезно?

Она сжимает свои сладкие губы в тонкую линию, сводит вместе брови и кивает.

Наклонившись, я тихонько целую её в губы. А когда отстраняюсь, Кейди снова их приоткрывает.

— Кейди...

Она мило морщит нос.

— Да, Йео?

— Мне всегда будет мало тебя. 

Горячее дыхание на моей шее выводит меня из моих воспоминаний.

— Я нервничаю.

Боже, как же я скучал по этой девушке.

Когда мы вместе — это просто и легко.

Быть в разлуке — вот, что было трудно.

— Я тоже нервничаю. Это будет нелегко, — говорю то ли ей, то ли себе. Я вздыхаю и прижимаю Кейди к себе. — Но все в порядке. Ничто стоящее никогда не бывает легким. Если все станет слишком неловким, мы обязательно разберемся.

Кейди кивает, и я неохотно отпускаю ее. Я хватаю свою куртку с заднего сиденья и накидываю на плечи. Я знаю — отца хватит удар, если я не буду одет впечатляюще. Переплетая ее пальцы со своими, я глубоко вздыхаю. Мне хочется усмирить гребаную бурю, с которой мы, несомненно, столкнемся. Дин уже звонил мне. И он был в ярости. Он спросил, интересует ли меня отношение к ней отца.

«Он взбесится, как только она появится», — пригрозил Дин.

А я послал его куда подальше. Потому что мне плевать.

Мне плевать!

Но я знаю, что Кейди не плевать.

Вот где подвох. 

Мы подходим к стеклянным дверям, украшающим фасад кирпичного здания.

— Время словно не движется, — бормочет Кейди, по большей части, себе.

— Знаешь, я всегда бывал здесь ради тебя, Кузнечик. Узнавал, как ты. Бросал на тебя взгляды. Беспокоился, что сойду из-за тебя с ума. То, что ты не часто видела меня, не означает, что меня не было рядом.