Во сне Хрисалида увидела перед собой огромную грозовую тучу, спустившуюся с неба и надвигавшуюся теперь по земле прямо на неё. Девушка громко закричала, но только беззвучно открывала рот и задыхалась от ужаса. Сейчас этот чёрно-фиолетовый сгусток убьёт их! Кого «их», Лидди не поняла. Вокруг всё было, словно в тумане. Откуда ни возьмись, появилась Липа и, блокируя тёмную мглу, развеяла все тревоги дриады. Теперь кругом было светло и тепло. Хрисалида держала на руках малыша. Мальчик радостно «агукал» и улыбался ей, его маме. Да, девушка поняла, что это её сын. Его большие чёрные глазки мерцали, словно ночные звёзды, согревая душу дриады любовью и счастьем. Лидди бережно, но крепко прижала к себе своего сыночка. «Радость моя, я тебя никому не отдам! — горячо прошептала она ему. — И никогда не дам в обиду!»

Утром, сбросив остатки сна, Хрисалида почувствовала себя бодрой и отдохнувшей! Отчего-то внутри поселилась уверенность в будущем, а в душе царила благодать.

Девушка попыталась вспомнить свой сон. Его начало тревожило дриаду, но никак не припоминалось. Зато до сих пор очень чётко ощущалось на руках недавнее присутствие младенца.

Соскользнув с кровати, Лидди подбежала к зеркалу, чтобы взглянуть на свой животик со стороны. Разочарованно проведя по его абсолютно плоской поверхности, она задержалась возле того места, где должен лежать плод. Девушка тут же ощутила радостный отклик, шедший к её рукам потоком тёплой светлой энергии.

— Сыночек мой, защитник, богатырь! — просияла дриада и подняла на своё лицо взгляд, устремлённый в зеркальные глубины.

Новые и приятные перемены во внешнем облике заставили девушку восторженно рассмеяться. За ночь её волосы позеленели, удлинились и засияли мягким блеском. Кожа словно приняла загар и стала теперь смуглой. У неё были высокие скулы и выразительные огромные тёмно-зелёные глаза, а изящные небольшие ушки были немного вытянуты и чуть заострены на кончиках, делая её привлекательной и изысканно-утончённой.

Облегчённо выдохнув, Лидди побежала принимать утренние водные процедуры.

Выпорхнув из облака тёплого пара, Хрисалида завернулась в пушистое полотенце и вышла в спальню. На кровати ожидал богатый выбор одежды, по беглой оценке — точно её размера. Амазонка, по цвету и рисунку совпадающая с корой липы. Вечернее платье длиною в пол и рукавами в три четверти, цветом напоминавшее молодую листву. Комплект из тончайшей ночной сорочки и шёлкового длинного халатика к ней цвета гречишного мёда. И каждодневное платье под цвет скошенной травы.

Зарянка сидела на краешке банкетки, расположенной в торце кровати и весело болтала ножками, радостно отмечая разительные перемены в облике подруги.

— Ах, Зоренька, спасибо! — восторженно восхваляла дриада домовушку. — Такие прекрасные наряды и какие удобные! — восхищённо ахнула она, примерив амазонку. — А как мне идут! И сидят, словно влитые!

Зоря млела от комплиментов, расточаемых Лидди. Не каждый день доводилось ей слушать столько лестных слов в свой адрес. А ласковое слово, как говорится, и кошке приятно. Чего же говорить про крошечку-думовушку. Просунув ноги в удобные мягкие «лодочки», Хрисалида довольно осмотрела себя в зеркале.

Спустившись в столовую и позвав духа дерева, девушки все вместе позавтракали. Домовушка с дриадой насыщались липовым чаем и свежеиспечёнными пирожками, принесёнными Зорей. А Липа наслаждалась их эмоциями вместо десерта.

— Лидди, прости, что тебя вчера оставила одну разбираться в своих чувствах! — покаялась Зарянка.

— И вовсе не одну, — возмутилась Липа. — А я, по-твоему, где была?

— Ох, Липонька, не обижайся, — поспешила загладить оговорку Зоря. — Я имела в виду, что сама сбежала, не успокоив Хрисалиду. Но зря времени я не тратила и кое-что уже узнала. Тебя примут на работу в лечебницу, — дождавшись нетерпеливого взгляда от дриады, начала рассказ домовушка. — У магов как раз сейчас работы много, а толковых специалистов не хватает. Многие студенты на практике и, увы, не в нашем мире.

— И что там у них за проблемы? — настороженно поинтересовалась Лидди.

— Да как обычно, кто с переломом конечности придёт, кто с растяжением, кто-то с простудой, кого русалки принесут, сжалившись над утопающим. Хотя это редкость и не в их характере, — рассмеялась Зоря. — Иногда, эпизодически, к ним поступают раненые боевые маги, охраняющие стихийные прорывы и неконтролируемые порталы.

Хитро взглянув на дриаду, Зарянка заметила азартный блеск в тёмно-зелёных глазах подруги.

— Я вижу, ты уже готова к новым подвигам? — поддела домовушка Лидди. — Тогда пойдём! — сказала она, дождавшись согласного возгласа подруги. — Липонька, не скучай тут без нас! Мы тебе обязательно обо всём расскажем! — пообещали подруги и вышли из дома, который тихо прошелестел им вслед листвой, желая доброго пути.

Хрисалида и Зарянка шли по дорожкам парка, негромко переговариваясь. Внезапно дриада насторожилась, быстро спряталась за ближайшее большое дерево и замерла, стараясь слиться с ним по цвету.

— Не успела, не успела! — вредным голоском пропела кикимора. — Ёрничиха всё видит и всё слышит! У меня острый глаз и чуткий нюх. Вылезай из-за дуба, дриада! — скомандовала старушенция.

— А чего это ты здесь раскомандовалась, кикимора? — возмутилась домовушка.