Шрифт:
— Стоять!!! — заорал караульный из-за баррикады и навёл пулемёт на пришедшую молодую женщину. — Я сказал стой, мать твою!
— Молчать! — голос безымянного раскатом грома поглотил все выкрики и дребезжание оружия в трясущихся руках часовых, а когда эхо стихло, он сделал несколько шагов вперёд от баррикады.
Теперь незнакомку было совсем хорошо видно: то самое лицо из сна, игривые глаза, полные губы, искренняя улыбка на них, плащ, такой же как у самого парня. Спереди, с каждым вдохом, одеяние заметно подаётся вперёд на высокой объёмной груди.
Гостья остановилась шагах в пяти перед гигантом и извлекла руки из карманов. Чёрными ногтями девушка поддела неудобно спавшую на щеку прядь и убрала за ухо необычно бледными тонкими пальчиками. После чего, эту же руку потянула к парню, постепенно поворачивая кисть тыльной стороной ладони к полу. Она сделала робкий шаг, не будучи уверенной в реакции оппонента.
От обоих караульных позади, страх хлестал постоянным потоком. Вызванный не тем, что можно увидеть глазами, испуг с лёгкой опаской отозвался и из-за лестницы, где прятался святой отец Николай. Но все трое в оцепенении не пытались ни пошевелиться, ни хотя бы звать на помощь.
Что-то клацнуло в голове гиганта, какое-то предупреждение.
…Эти ногти… Губы… Я помню тебя… Почему так… Страшно…
Он отшагнул.
— Не приближайся! — воздух сотряс лязг нескольких танцующих листов стали.
В ответ по помещению разлился женский голос, звучащий как будто сразу в нескольких тонах. То ли немного хриплый, то ли наоборот глубокий и высокий, как оперный, но точно ласкающий ухо и оставляющий тёплый отпечаток в сознании, как бы медленно стекающий из памяти сладким джемом:
— Что значит не приближайся? — девушка удивлённо отдёрнула кисть, и упёрла обе руки по бокам в талию. — Куда ты пропал? Кто эти трое?
В это время, спотыкаясь, по лестнице спустились пять мужчин с автоматами, и вела их бравая Борисовна. Она начала кричать ещё не сойдя с последней ступеньки:
— Что тут происходит?! Паразит! — она вопила в адрес часового с такой интонацией, что сейчас спустится и точно поколотит хулигана. — Весь лагерь поднял!
Не успела ошеломлённая женщина приблизиться, как незнакомка с гневом в голосе и, широко открыв глаза, рявкнула, на сколь это позволял сладкий тембр её голос:
— Закрой рот, отребье! — барышня взялась лёгким румянцем и надула губы.
Снова рукой отвела с лица и груди непослушную длинную прядь и требовательно, слегка нервно, вопросила:
— Кто эти люди? — ответа ждать не стала ни секунды, — Ты не навоевался ещё? — пыл её тона быстро остывал.
Заметив подозрительную тишину безымянный оглянулся. Все присутствующие, кроме него самого, стояли опустив руки и как околдованные пялились на девушку с широко открытыми глазами, будто ждали следующего слова из её уст.
— О-о-ох… Пойдём уже из этого бомжатника! — она резко приблизилась и всё-таки изловчилась схватить удивлённого парня, несмотря на его неуклюжую попытку отдёрнуть руку. Да так и потащила за запястье к выходу, никто даже не попытался её остановить. Здоровяк лишь ещё раз оглянулся на остолбеневших подопечных, прежде чем скрыться за углом.
Глава 25
…
На улице заметно посветлело, в ярком прямоугольнике выхода отлично видно торговые модули.
Раздался звонкий хлопок.
— Эй, Борисовна! Ау-у-у! — Юрий помахал ладонью перед лицом женщины, стараясь привлечь её внимание.
— Ась? Что? Слышишь ты, кобы… — она было зашлась ругательствами, однако ни парня, ни незнакомки тут уже не было. — Куда они делись?
Обескураженная Женщина помотала головой, помимо старожилов и караульных — встретилась взглядом с отцом Николаем. Он, обливаясь потом, стоял вжавшись в стену.
— Только что тут были же…
Юрий удивился:
— Да ты что, Борисовна, мы вас минут пять в чувства приводили, не было тут никого.
Женщина потёрла челюсть, только сейчас она поняла, что на первом этаже полно выживших с оружием, человек пятнадцать точно.
— А где старшой? — подал голос, пришедший в себя караульный, до сих пор так и не отпустивший пулемёт.
Присутствующие, пока что безрезультатно, осматривали первый этаж.
— Погодите ка! его же эта баба уволокла. Точно! — вспомнил второй караульный.
— Какая ещё баба?! — чуть не взвизгнула Лена, спустившаяся вместе с остальными, и тоже вооружённая.