Шрифт:
Так стоп! Что это ещё за мысли?
Максим, красивый, что тут взять, но-о… Это все! Он идиот, полный идиот! Ещё и сравнил меня со шл…. нет. НЕНАВИЖУ!
— Пошёл нахер! — огрызнулась я и отважно подняла голову вверх, чтобы показать, что я не такая трусиха.
Но, встретившись с его бездонными глазами, я потерялась. Блин, да что, черт возьми, происходит?!
— Не надо было продаваться, Кэти. За это придётся расплатиться, — произносит Максим и распахивает джинсовку на мне так, что перед его взором открывается моя грудь. Хорошо, что хоть в лифчике. А то вообще стыдоба…
Фролов жадно смотрит на меня, точнее ниже моего лица. Щеки заливаются краской. Ещё никто так на меня не смотрел. С таким голодом…
— Я, — только успею произнести, как Макс хватает меня за шею и шипит на ухо, покусывая мое ушко.
— Заткнись, мелочь, — он склоняется к моей шее и вдыхает запах. Токсикоман хренов, — не мешай, — сглатывает он, — хотяб сейчас, — и нападает как вампир на мою шею.
Он как голодный зверь облизывает, кусает, готовит свою жертву к обеду, прерывисто дышит мне в шею, а потом… а потом находит мои губы и врывается жадным поцелуем, при этом поддерживая меня за шею, чтобы не вырывалась.
— Кэти, — выдыхает он мне прямо в губы, обхватывая другой рукой меня за талию, притягивая меня ещё ближе.
Хотя куда уж там ближе.
— Давай, маленькая, ответь же мне, — хрипит он, — хватит сопротивляться, я же знаю, ты хочешь…
Нет, нет, нет! Не хочу!
Я начинаю отчаянно мотать головой.
— Хочешь… — утверждает он, улыбаясь мне в губы, — и я хочу тебя, бл*ть. Ещё как хочу.
Он накидывается на меня с новым, не менее жарким поцелуем и… не находит сопротивления…
Потому что, я мать его, совсем не против.
Боже, это не я, это кто-то другой…
Я положила руки на плечи Максима, зарываясь пальцами в его волосы. Фролов же, довольный этим поступком, улыбнулся и накинулся на мою шею.
— Катя? — послышался потусторонний мужской голос.
Мы оторвались с Максимом друг от друга, хотя он явно был против этого. Встретившись с ним взглядами, мы смотрели друг на друга секунды две, тяжело дыша, забыв о чужом голосе.
Позже снова он раздался.
— Кать, у вас все хорошо?
Тут Максим яростно рыкнув развернулся, продолжая удерживать меня в своём капкане, но то, что он увидел и я, мне не очень понравилось. Особенно не понравится Максиму, когда он узнаёт, кто это…
— Никита Всеволодович? — удивленно спрашиваю я, увидев своего врача.
Глава 21
Катя
— Э-э-э, Екатерина, а… а что вы тут делаете? — пробормотал мой врач, переводя взгляд с меня на Максима.
— Я-я, — пробормотала я, пытаясь оттолкнуть Фролова от себя, ибо продолжать стоять в такой откровенной позе, когда мои ноги раздвинуты, а его колено между ними, в то время, когда его руки образовали некий барьер над моей головой, не очень.
Но он как упёртый баран встал и продолжал сверлить взглядом моего врача, не давая мне даже пошевелиться. Даже не знаю за кого мне больше всего страшно… За Фролова или его жертву.
— Никита Всеволодович говоришь, — пробормотал Максим себе, а потом оторвался от меня, не отрывая взгляда от врача.
— Эм, да, мы знакомы? — быстро проговорил второй.
— Сейчас и познакомимся, — шипит Максим и бьет кулаком ему по лицу.
— МАКСИМ!
П*здец…
Подбегаю ближе и отталкиваю его в то время, как Никита Всеволодович опирается одной рукой, останавливая кровотечение из носа.
— Ты что творишь!? — трясу Фролова за плечи, но тот даже не обращает внимания на меня, продолжая сверлить взглядом пострадавшего.
На секунду он отвлекается и смотрит на меня. В его глазах сверкают молнии, а легкий туман, что овладел его взглядом минуту назад, исчез, навлекая гром и бурю. Он осматривает меня, и только сейчас я поняла, что куртка полностью распахнута, показывая мое белье.
Максим кривится и бормочет тихо:
— Застегнись.
Он скидывает мои руки, которые продолжали покоиться на его плечах, и встаёт ко мне спиной, тем самым прикрывая.
— Ты понял за что? Или мне повторить, — грубо произносит Максим.
— Черт, — шипит врач, пытаясь встать нормально, — че творишь?
Максим толкает его в плечи так, что тот вылетает в коридор, падая на свою пятую точку на пол.
Ого, вот этот толчок.
Фролов подходит к нему и садится на карточки, притягивая за рубашку врача.
— Тебя уволят сегодня же, так что с последним днём тебя, ублюдок.
— Пошёл ты, мажор хренов, — выплевывает Никита Всеволодович, размазывая свою кровь по лицу.