Пока мы медленно приходили в себя, Дам аккуратно сгреб меня в свои объятия и скатился вместе со мной вниз на мягкие шкуры.

За окном послышались громкие хлопки и взрывы праздничного фейерверка. Это стало негласным символом наших отношений. Фейерверк в душе и в теле.

Так мы оба обессиленные провалились в сладкие грёзы в обнимку друг с другом, и моя растрёпанная душа уютно устроилась в его руках на всю ночь.

А знаете, для меня, волшебство — это не время года, не наступление праздника и даже не наличие волшебной палочки. Это человек. Тот самый, который несмотря на безликую оболочку залез ко мне в душу. Человек, о котором другие мечтали ночами, а он тихо и осторожно приручал меня к себе и своему телу.

Я смотрела на него и сердце замирало. Сумасшедшая, дикая ночь стала нашим общим воспоминанием. Страсть, которая вырвалась наружу, вогнала меня в легкое оцепенение. Разве так бывает? Нет, не может быть, это какой-то сон.

Но мне хватает одного взгляда опустить вниз на спящего мужчину, чтобы понять — мой разум меня не обманывает. В моей голове еще не успели сформироваться новые вопросы, а ответы уже лежали у моих ног. Вернее, лежал один большой ответ.

И несмотря на то, что именно с этим мужчиной мне было хорошо, я испытывала грусть от безмолвного прощания с ним. Я должна покинуть этот дом до его пробуждения. Я сбегаю, трусливо бегу, не разбирая причины. Я выстраивала стену из дней и месяцев без чувств и ощущений, лишь бы не показать никому, что стало моей катастрофой. И вот теперь я на пороге запретной территории под названием «разочарование». Я не хочу делать даже маленький шаг на её территорию, потому что не хочу портить то, что случилось этой ночью. Поэтому я даю себе указание, выйти в эту чертову дверь, зайти на борт своего самолета и улететь туда, где его нет.

Это была всего лишь одна ночь. Ночь, которую я запру на замок в своей памяти.

Полтора месяц спустя.

Я скольжу в потоке машин, словно гоночный болид рассекает трассу, обгоняя соперников. За то малое время, проведенное в столице, я поднатаскала себя в искусстве вождения, теперь даже педант Алекс не побоится сесть в мою машину.

Кстати, о нём. Мой лучший друг, который всегда меня оберегал и поддерживал, остался в прошлой жизни, как и все они. Я уехала чуть больше года назад и захлопнула дверь не просто в своё прошлое, но и перед носом людей, готовых прийти мне на помощь.

Алекс, Диана, Дэн. Как они? И что происходит в их жизнях? Мне беспокойно от того, что я оставила их на обочине, а сама укатила далеко и надолго. Они не были виноваты в том, что произошло, но я была так ослеплена своим горем, что просто сбежала в поисках излечения, элементарно не попрощавшись.

Несколько раз за этот год я была близка к тому, чтобы взять телефон и набрать один из знакомых номеров, но что я скажу? «Привет, это я?», — или нет, не так: «Привет, я уехала в другой город жить и работать, и совершенно забыла о вас. У меня появились новые друзья, и я не хочу возвращаться». Так, что ли? Трусиха, знаю.

Каждый раз даю себе обещание набраться смелости и связаться с друзьями, хотя бы для того, чтобы сказать, что со мной всё в порядке. После моего отъезда они звонили. Все звонили и писали сообщения. Я глупо игнорировала, пытаясь оставить их за чертой и вернуться к ним тогда, когда буду готова.

И что же получается, прошло либо слишком мало времени, и я не готова вернуть прошлое в свою жизнь, либо много времени и возвращать что-то не имеет смысла? Всё это неправильно, я понимала, но найти верные ответы в этой дилемме мне пока не было суждено.

Последнее сообщение мне прислал Алекс со словами: «Наберешься сил, я буду рад тебя услышать». В этом весь он. Не обиделся и не вычеркнул меня из жизни, а просто дал мне возможность переболеть и самостоятельно найти пути восстановления.

Мелодия телефона вырывает меня из размышлений.

— Привет, я уже в пути, — я так резко хватаю телефон, будто это последнее, что я могу сделать в этой жизни.

— Эй, подруга, — слышу довольный голос Нелли, — тащи свою милую маленькую задницу сюда, как можно скорее.

— Ты имеешь что-то против моей задницы? — смеясь, спросила я.

— Да, она худая, — рассмеялась в ответ подруга, — в отличие от моей.

Нелли была неисправима. С фигурой, как у Мэрилин Монро, она умудрялась жаловаться на свои аппетитные бедра и пухлую грудь, в то время, когда я со своим суповым набором не всегда могла подобрать одежду впору.

— Давай скорее, я уже засунула в морозилку бутылочку любимого бабушкиного шампанского, — шёпотом, будто мы заговорщики, произнесла Нелли, — не понимаю, почему в мой день рождения мы должны пить её любимый напиток, — начала жаловаться она.

— Не забывай, что она тебя вырастила и воспитала, немного потерпишь, это и её праздник тоже, — ответила я, и в этот момент огромный черный джип нагло подрезал меня, — твою мать! — закричала я.

— Что?! Что случилось? — слышу, как кричит мне в трубку Нелли, но я, не обращая внимания, разражаюсь такой бранью в сторону внедорожника, что заправские матросы нервно курят в сторонке.

Джип поморгал мне задними фарами, якобы извиняясь, только от этого его «извини» сердце на место не встало. Я ехала с приличной скоростью и попади в аварию, вряд ли отделалась бы парой царапин.