Сказал, что далеко живу.

Она улыбкой во весь рот

Ответила, что без забот

Сегодня (редкий день) живёт

И может проводить.

Подумал я – ведь без жилья

Последний век живу.

Но стал я рьян,

И потому

При виде девушки Амур

Стрелою мне лишь одному

Вести ее велел…

***

Тут дом, в лесу, трухлявый,

Забором тёмным обнесён.

В средине сказочной дубравы

Стоит так одиноко он.

Мы за забор зашли, держась

Друг с другом за руки. Досадно:

Как будто смотрят тут на нас

Мильоны глаз,

По-злому и нещадно…

Вокруг пустырь. Цветы завяли.

Я вижу старый перегной.

За нами ветер ледяной

Лепечет всё и свистом погоняет…

Я развернулся, посмотрел,

Облокотился (чёрт побрал бы!)

На старый трупу монумент.

Ценою правды и неправды

Я разглядел, что человек

Тут похоронен, под землёй,

Такою чёрной, ледяной.

А сверху гной:

Цветов уж нет.

"Вы тут работаете, свет?

Вы гробовщик, я вижу, мило.

Меня Марией называть

Привыкла вся деревня, мать.

А как же ваше имя?"

Я призадумался, поник.

Не помню имени – старик!

Сказал ей: "Артур".

Выждал миг.

"Я гробовщик", – спеша, добавил.

Она дала мне руку в руку,

Схватила, крепко обняла.

"Я б вас таким и приняла.

Тут есть недалеко тропа —

До дома я смогу сама.

Придите только, вас прошу.

Я дома, в скуке, подожду"

***

На кладбище один

Остался под закатом.

Как каждый монумент

Так выглядит богато?

Вот тот вот господин

Как будто бы из злата:

На каждой из седин

Рубинная заплата.

А в кладбище, наверно,

Весь километр есть.

Зачем так суеверно

К могилам многим честь?

Среди могил, заборов

Нет места для людей.

Мертвец семье так дорог,

Пока семья не здесь.

Потом, по поколенью,

Никто не вспомнит их.

Не лучше ли забвенье

О мёртвых для живых?

Не будет слёз, и даже

Появятся места

Для стройки и продажи

Больницам и садам.

Бывает место гаже,

Чем кладбище для нас?

Неужто труп нам важен,

Вдали от наших глаз.

Я познакомился тут с ними.

Их память – вечный тлен.

У каждого есть имя,

Но жизни ни за кем.

Антон Иваныч Дубов —

Противный человек.

Лицом показан грубо,

В тени других померк.

Наверно, вором был,

А может, убивал.

Деньжонок раздобыл,

В людей же наплевал.

На землю рядышком цветы

Упали столь давно.

От жизни старой клеветы

Осталось лишь пятно.

Но чем ты людям насолил?

Ведь ясно – сам себе

Поставил насмерть, на настил,

Всю правду о судьбе.

А как быть мне?

Я тут, с тобой,

Я в мире, где царит покой,

Где нету дела до людей —

До тех, что в счастье и в беде.

Я тут как будто бы в узде.

Не странник – раб среди цепей.

***

От кладбища в деревню

Путь долог и тернист.

Под взором предков древним

Дрожал, как сникший лист.

У окон я бесцельно

Ходил, боясь зайти.

Уставший беспредельно

Совсем в скамье затих.

Тревоги ожиданье хуже!

Уж легче сразу испытать

Ту боль, которая прибудет,

Чем этой боли ожидать.

Ну вот, она под солнцем

Блестит звездою в синеве,

И я, сидящий под оконцем,

С пустым желаньем в голове.

Мы говорили с ней.

Она высказывала мненья:

О философии в спасенье,