— Доставить его домой, доставить домой, — бормотала я себе под нос, осознавая, что понятия не имею, где он живет. Я даже не могла представить, что у него есть дом. Зато с легкостью могла представить, что он живет в кабинете, или может быть, в какой-то тайной комнате компании, чтобы не приходилось уходить и никогда не опаздывать.

— Эй, — я наклонилась к заднему сидению и попыталась его разбудить. — Эй! Мистер Старк! — сказала я погромче. Но мужчина никак не отреагировал. — ЭЙ! — Я хлопнула его по плечу, и он открыл свои глаза, смотря прямо на меня. Его веки уже не были такими красными, но взгляд был словно после секса. Райан посмотрел на меня, и мое сердце ускорило свой бег. Как же это не вовремя, что он выглядит именно сейчас так мило и сексуально! И именно сейчас весь его суровый образ словно испарился. — Где вы живете? — спросила я, прежде чем его глаза снова закрылись.

— Са-а-аче-е-ем? — он улыбнулся. — Хочешь поехать ко мне, Дорис? — он мягко усмехнулся, а потом откинул свою голову назад.

— ЭЙ! — я потрясла его плечо сильнее. — Мистер Старк…

— Зови меня Ра-а-а-айа-а-ан, — он мне подмигнул… ну, по крайне мере, мне так показалось, а потом улыбнулся еще шире.

Я вздохнула. Кто этот мужчина, и что с ним сделало лекарство? Я увидела так много улыбок за последние пять минут, сколько не видела за последние дни.

— Хорошо, Райан, — неловко произнесла я. Произнести вслух его имя было странно. Странно, но… приятно.

— Да, Дорис, — с придыханием произнес он. — Ты не против, что я сову тебя Дорис?

— Эм-м-м… не против, — ответила я.

— Дорис Дэй, — невнятно пробормотал он, а потом опять улыбнулся.

Боже, у него красивая улыбка. И почему он так редко улыбается?

— Моя мама лю-ю-ю-юби-и-и-ила Дорис Дэй. Я тоше ее любил, — он попытался сесть, но завалился на сидении. — У-у-упс, — засмеялся он.

— Райан, мне нужно, чтобы ты послушал меня, — медленно и мягко произнесла я.

— М-м-м-м, — протянул он. — Но ты не похоша на Дорис Дэй, ты намно-о-о-ого красифее. — Он опять улыбнулся. Это была сонная ленивая улыбка, и очень милая. — Ты не против, что я так скасал? — добавил он.

— Что сказал?

— Что ты красифая? — он вяло протянул свою руку, наверное, пытаясь дотронуться до моего лица, но промахнулся и упал на сидение.

Я улыбнулась.

— Нет, это приятно слышать.

«Приятно слышать». Черт побери, было бы точнее сказать, что от этого заявления бабочки запорхали в животе.

— Ла-а-а-адно, — протянул он. — Ты красифая. Така-а-а-аякраси-и-ифая.

— Спасибо, — ответила я. Было похоже, что он опять засыпает.

— Прошти, я порой так резок с тобой, — прошептал он.

— Что? — просила я, думая, показалось мне или нет, но он не ответил. Мне нужно отвезти его домой. — Какой у тебя адрес? — повторила я вопрос, так медленно, по слогам, словно говоря с ребенком.

— Ты хошешьснать где я ши-ифу-у? — спросил он.

— Да.

— М-м-м-м, прошло слишком много фремени с тех пор, как красифаядефушка была у меня дома, — он открыл глаза и улыбнулся. — Тринадцать шексОушен Драйв, Клифтон. Дорис. — Он неожиданно рассмеялся. — Секс, шекс, шесть. Ясно, да? — Он еще больше рассмеялся. — Ты такая смешная, Дорис-с-с-с. — Он закрыл глаза и откинулся назад.

— Клифтон. Шикарно.

Я вернулась на водительское сидение и завела машину. Что ж, похоже, мне надо отвезти моего накачанного лекарствами босса, который стал отпускать дурацкие шутки, домой. Не говоря о том, что его еще надо уложить в постель! Этот день может стать еще более странным? Особенно, если вспомнить, что я чуть не убила его стиральным порошком, но, у кого, черт побери, аллергия на стиральный порошок? Неожиданно у Райана зазвонил телефон. Я посмотрела назад и увидела, как он залез в карман за телефоном.

— Что ты делаешь? — спросила я. — Тебе не стоит сейчас говорить по телефону. — Только Господь Бог знает, что он может наговорить в своем состоянии.

Но очевидно, что он не слушал меня, так как поднес телефон к уху. Я быстро дотянулась до телефона и вытащила из его рук, посмотрев на экран.

— Это мистер Грэй, — я перевела телефон в беззвучный режим и оставила его на пассажирском сидении. — Можешь позвонить ему позже.

«Когда сможешь внятно говорить», — подумала я.

Он громко застонал.

— Он, наверное, посфонил мне, чтобы накричать. И он, правда, мне не нравится. Я его терпеть не могу, Дорис.

Я улыбнулась. Уверена, что эти чувства взаимны.

Он опять застонал еще громче.

— Я, действии-и-и-ительно, не люплюсфою работу, — и он вздохнул. Громко. Печально. Я обернулась и посмотрела на него. Его глаза были открыты, а сам он уставился в потолок. Он выглядел таким далеким, отстраненным, была ли причина в лекарствах или в чем-то другом, не знаю.

— Не так уж это здорово. Не любить свою работу, — прокомментировала я его слова.